Тристан схватил Аманду за оба запястья и с силой прижал ее руки к телу.

— Что, три тысячи чертей, вы делаете в саду в такой поздний час? — жестко спросил он.

Он перехватил оба запястья одной рукой и нежно вытер другой слезы на ее щеках. Дьявол, он совсем не хотел причинять ей боль, но, подумав о том, как легко она потеряла присутствие духа, наконец понял, что в сумерках вполне мог сойти за убийцу. Его обычное напряжение постепенно испарилось уже во время их борьбы. Осторожно он отпустил ее руки, и Аманда с гневом произнесла:

— Проклятье, это мой собственный сад, и я, черт возьми, гуляю в нем для собственного удовольствия, когда захочу, — Аманда зло сплюнула и отбросила с лица волосы. — Как вы посмели со мной так поступить, как вы посмели!

— Я отважусь на еще большее, если увижу, что вы снова подвергнете себя подобному риску, милочка! Я, черт возьми, положу вас на свое колено и отшлепаю по симпатичной маленькой попочке так, что вы не сможете сидеть!

— О! — Аманда уставилась на него, пораженная его угрозой. — Меня и так смертельно тошнит от того, что вы все время хватаете меня своими ручищами и вам незачем меня лишний раз убеждать…

— Так, — прорычал он. — Если вы не хотите, чтобы я лишний раз хватал вас руками, держитесь подальше от темных углов. И еще одно — почему не зажжены фонари в углах вашего сада? Маньяк, возможно, уже охотится за вами, а у вас тут только дорожка освещена, а во всем остальном саду темно, как в шахте. Я требую, чтобы вы предприняли все меры безопасности немедленно.

— Вы хотите, вы хотите! Кем вы себя считаете, Маклофлин, моим папочкой? Тристан был в бешенстве:

— Вашим папочкой?! — прорычал он. Молниеносно его огромная ладонь погрузилась в ее волосы и обхватила череп так, что у нее даже перехватило дыхание. — Вашим папочкой? — он показал ей, что он не какой-нибудь пожилой брюзга, выговаривающий своей дочери. — Скажите, милая, ваш папочка когда-нибудь так делал? — и его голова стала надвигаться на ее лицо.

Неужели он собирается сейчас поцеловать ее?

И это после того, как он только что заставил ее почувствовать себя почти несовершеннолетней и чуть было не намочить от страха в штанишки. Проклятье!

— Уберите руки, Маклофлин, — яростно зашипела Аманда, вцепившись в его запястье и пытаясь оторвать его руку от своей головы. Ей показалось, что она схватила теплый волосатый гранит — рука даже не шелохнулась. Она сделала быстрый шаг назад, надеясь, что он потеряет равновесие и отпустит ее голову, но попытка оказалась безуспешной, потому что он тут же сделал шаг вперед. Она чувствовала его горячее дыхание рядом со своим ртом.

— Идите к черту, отпустите же наконец меня.

— Тристан? — вдалеке на дорожке стояла женщина, ее голос был мягким и почти грудным. — Что ты там делаешь, с кем это ты разговариваешь?

Тристан выпустил Аманду из своих объятий столь стремительно, что она зашаталась и чуть было не упала. Пока она приходила в себя, он вполголоса выругался и повернулся в сторону освещенной дорожки.

— Возвращайся назад, Банни, — прорычал он. — Я сейчас вернусь.

Аманда обернулась на женский голос и увидела, как хорошенькая брюнетка в декольтированном розовом платье повернулась на своих высоких каблучках и пошла в сторону квартиры Тристана.

— Ух ты, какая послушная, — съязвила Аманда, — Может быть, она прибегает и на свист?

— Очень смешно, — недовольно пробормотал Тристан.

— Так значит, Банни? — Аманда тем временем осторожно обходила его массивную фигуру, выбираясь на освещенную дорожку, поближе к своему безопасному жилищу.