— Ну и как, интересно учиться?

Нет, оказывается, не один Юрка такой дурак! Этот солидный и много повидавший, должно быть, дядя тоже поверил ловкой болтушке. Даша так бойко начала врать, что ежели бы Юрка уже не знал, что она врет, то опять купился бы. Конечно, она ведь и впрямь два года прожила в Москве, но ведь занималась-то вовсе не в ГИТИСе. А Крылов, как видно, кое-что о нем знал, да и вообще в театральных делах был осведомлен немало. Он, конечно, больше слушал Дашин неутомимый треп, но и вопросики задавал изредка. Фамилии какие-то вспоминал, которых Таран, например, сто лет не слышал. Но Даша тут же выдавала целый ворох последних новостей из жизни этих знаменитостей, как будто, блин, позавчера сама с ними трепалась.

Потом опять вернулись к теме завтрашнего отъезда, и Крылов сказал:

— Я думаю, что Леша вас не выгонит. Подсохнете к полудню, а потом уж и езжайте, если родители не забеспокоятся.

— Ой, — Даша прижала руку к халатику, — нам так неудобно! Вы такие добрые люди, прямо как в сказке…

— Давайте я вас в мансарду провожу. А то, по-моему, Юра вот-вот заснет.

Действительно, разморенный сытостью Таран поклевывал носом и предложение пойти спать принял с удовольствием.

Лестница с красивыми резными перилами — еще одно свидетельство того, что задумывался дом с размахом, — вывела из прихожей на второй этаж, где довольно отчетливо слышался храп хозяина. Затем поднялись в мансарду, которая занимала только половину или даже треть площади под крышей, а остальное пространство было отведено под чердак, заваленный всяким хламом. Попасть на чердак можно было через маленькую дверцу на противоположной от окна стене.

Сама мансарда представляла собой маленькую комнатку, не больше чем 4×3 метра, с крашеным дощатым полом и оклеенным белой бумагой потолком. Стены были оклеены какими-то ужасно блеклыми обоями серого цвета. Мебели там не имелось вообще, только лежал старый пружинный матрас, должно быть снятый с рассохшейся деревянной кровати. Матрас был застелен простыней, двумя подушками и байковым одеялом с пододеяльником.

— Т<style name="385pt">ут и</style> балкон есть! — подивилась Даша, а затем, отворив засте<style name="385pt">кленную </style>дверь рядом с окном, вышла на свежий воздух.

— Да, и кстати, отсюда неплохой вид, когда светло, — сказал Крылов. — Ну, устраивайтесь, спокойной ночи! Туалет на <style name="39pt">первом </style>этаже, помните?

<style name="3Tahoma12pt">И </style>спустился вниз, на второй этаж, оставив гостей наедине.

Змея

Таран, разваренный и сытый, задремал сразу же. И к<style name="39pt">репко. </style>Даша, сняв халатик, улеглась тоже. Но ей не спа<style name="39pt">лось. </style>Она снова взяла халат, вынула из его кармана, как ни странно, некоторые предметы одежды, которые вроде бы должны были висеть и сушиться в ванной. Оделась, не побеспокоив спящего Юрку, вынула сигареты и, мягко ступая на носках по хорошо пригнанному, нескрипучему полу, вышла курить на балкон.

Пустив несколько колечек дыма, она вдруг услышала снизу приглушенные, но вполне отчетливые голоса Крылова и его приятеля-домовладельца.

— Уложил детей спать? — спросил Алексей Иванович.

— Вроде бы да. А ты чего не спишь? Тебе через два часа надо коров доить.

— Да вы и разбудили, когда по лестнице топали. У меня в последнее время какой-то обостренный слух стал. Да и твой приезд спокойствия не прибавил. Очень уж неприятный чемоданчик ты привез. Хуже бомбы.

— А что мне было делать, Леша? Сдаваться?!

— Прежде всего подумать, не впустую ли упираешься.