— А что мне было делать, Леша? Сдаваться?!

— Прежде всего подумать, не впустую ли упираешься. Проанализировать, какой результат будет от твоей публикации, и не один вариант, а несколько. У вас, писак, есть много плохих черт, но одна — самая скверная. Погоня за «жареным». Пришли в руки материалы, которые этим «жареным» пахнут, вы их тут же хватаете и стряпаете то, что читатель должен проглотить по-быстрому. И больше всего вас заботит, чтоб это раньше других на полосу поставить, а там — хоть трава не расти. Но очень редкий из вас толково изучит обстоятельства этой «утечки», а заодно и просчитает последствия. Не только те, что на поверхности, а и те, которые под ковром спрятаны. Мало кто из журналистов может вычислить «сверхзадачу» того, что им подбросили. Вроде бы тебе дали бумажки, которые «стреляют» в товарища <style name="1">«А»,</style> который «вор и должен сидеть в тюрьме», а на самом деле целятся в товарища <style name="1">«Б»,</style> который нормальный человек, но имел несчастье с этим «А» когда-то поллитру раздавить. Понял?

— Ты думаешь, это как раз такой случай?

— Я ничего не думаю. Это не мое дело. А вот пускать в дом чужих людей в твоем положении поостерегся бы. И трепаться с ними подолгу не стал бы.

— Да они завтра уедут… Подозрительный ты стал, гражданин Душин.

— Они-то, может, и уедут, но кто-то вместо них приехать может. И не такой безобидный. Ладно, иди работай! А я еще поспать попробую…

Послышались шаги Крылова, спускающегося на первый этаж, а затем еще минут через пять — храп Душина.

Даша докурила свою сигаретку, придавила бычок о перила балкона и поглядела вниз. Свет горел только на кухне, где строчил свои опусы Крылов. Тот самый тип, из-за которого она, Даша, вместе с симпатичным дурачишкой Тараном влетела в дерьмо перед Седым, а заодно и перед Жорой. Да еще и Моргуна заложила Жоре. Но теперь появлялся шанс все исправить… Только вот надо удрать отсюда каким-то образом. А это не так-то просто. Собаки во дворе на беспривязном содержании — лай поднимут наверняка. Да и писака сидит внизу на кухне, а мимо него не пройдешь. Наверняка прячется здесь после того, что произошло на лестничной площадке. И поскольку этот Душин Алексей Иванович ему лекцию прочитал — засомневался в том, что правильно поступил, пустив их с Юркой на ночлег. Нет, с парадного хода не уйти, это точно. И если разбудить Тарана, то тоже никуда не уйдешь. Жалко, конечно, дурачишку, но он ей только помешает. У него слишком много совести, а она в этих делах не требуется.

После этого она глянула на дверь, ведущую на чердак. Через него наверняка можно перебраться на другую сторону дома. Ту, которая выходит на недостроенный коровник или свинарник. Там наверняка есть слуховое окно. Надо будет посмотреть и оценить ситуацию.

Дверь Даша открывала осторожно и сумела не дать ей заскрипеть. Затем, включив фонарик, осторожно ступила ногой на смесь песка и шлака, которой был засыпан пол, и двинулась в глубь чердака.

Похоже, что на чердак свалили весь хлам, оставшийся еще с тех времен, когда дом только строился. Тут лежали крафт-мешки с цементом, несколько ведер с известкой, обляпанные штукатуркой дощатые подмости, мастерки, лопаты без черенков, веревки и еще черт-те что. Даша вовсе не хотела пропороть защищенные только носками ножки битым стеклом или доской с гвоздями, а потому шла очень осторожно, все время посвечивая фонариком под ноги.

В общем, она благополучно добралась до противоположной стороны чердака и действительно нашла слуховое окно. В нем не было рамы со стеклом, и Даша смогла вполне спокойно выглянуть из него, высунувшись по плечи.

Признаться, она рассчитывала на лучшее.