Нариакира снова глянул на часы. Пора, точность и вежливость — единственное оружие слабых. Он оделся в белые одежды — цвет траура. Сегодня он хоронит свою независимость. Даймё долго думал, практически всю бессонную ночь и так и эдак прикидывая, а что он может потребовать от гайдзинов в обмен на два их требования. Книги? Да это не только можно, но и нужно потребовать… Да, хорошо, попросить… Нет, не то слово, предложить в обмен… Да, не важно, как это будет звучать. Ему нужны книги по медицине, по электричеству, по химии. По фортификации… Не дадут? Зачем гайдзинам самим растить себе конкурентов, а то и сильных врагов? Но попробовать стоит. А ещё книги по кораблестроению.

Тут мысли князя перескочили на первое требование этих моряков Джунгарского ханства — зачем им семейство Того. Симадзу Нариакира вызвал вчера к себе всю семью и переговорил с этим Кичидзаэмоном Того. Обычные мелкий чиновник, может и не глупый, но обычный. А мальчик Накагоро — обычный ребёнок из бедного квартала Кадзия-тё Кагосимы. Зачем! Нунооситомиторинаруми-но ками — Бог моря и кричащих птиц, которого даймё считал своим покровителем, не ответил на его просьбу вникнуть в суть требования гайдзинов. Но что-то божественное во всём этом было. Ни разу не посещавшие остров Кюсю люди знают о семилетнем мальчике Накагоро Того, о существовании которого не подозревал даже Нариакира. Как можно это объяснить кроме как промыслом богов?

— Господин, гайдзины прибыли, — вошел, поклонившись, командир отряда — самурай Такэхиро Томиясу, отвлекая даймё от важных мыслей.

Что ж, идти надо. Даже тут западные варвары его опередили, приплыли на лодке раньше. Князь зафиксировал меч за поясом и стал спускаться по ступеням. Чуть позади его шёл Томиясу, а следом мальчик Накагоро Того.

Гайдзинов было трое, и старший, что стоял чуть впереди, был воином, это сразу было видно хотя бы потому, что у него не было кисти левой руки. Справа от него стоял тоже гайдзин, но в штатской одежде, а вот слева был кореец. А, это они переводчиков нашли. Ничего, хоть в этом он их удивит. Нариакира знает три языка гайдзинов. Так что, переводчиков воин привёл с собой зря.

— Приветствую вас господа на земле, что боги вручили мне, — сделал лёгкий поклон даймё хана Сацума Симадзу Нариакира.

Событие пятьдесят седьмое

«Оборонительная форма войны сама по себе сильнее, чем наступательная. Но оборона — это негативное занятие, поскольку она заставляет сопротивляться намерениям врага вместо того, чтобы развивать свои собственные.»

Карл фон Клаузевиц

Леонтий Васильевич Фролов третий день из Форта-Росс не выходил, сидел сиднем в избе Рочева и цифирь складывал, пытался вычислить сколько зерна можно будет выделить для меновой торговли с индейцами, сколько пустить на спирт, сколько отправить в закрома, как неприкосновенный запас, мало ли, вдруг ещё какие переселенцы подъедут, подойдут, подплывут. Планы князя Болоховского он знал, конечно… Нет, не так. В планах князя Болоховского было прислать в Форт-Росс как можно больше людей. Оно, так-то правильно, чем больше будет колония, тем проще будет совладать с неугомонными соседями. Американцы, которые из США, всё никак не успокоятся. Лезут и лезут. Как рассказывал Бурул во всём этом США от силы полтора десятка полков, это если все пешие, конные и разные смешанные части сложить. И они сюда уже четыре полка послали. Получается треть своей армии погубили и выводы, которые сами напрашиваются, что нужно этих зубастых соседей в покое оставить, так выходит себе дороже, сделать не могут. Тупые, что ли?

Следом что — все оставшиеся полки пошлют? Вот. Надо увеличивать число поселенцев в Русской Америке, и это позволит содержать большую армию. Известно ведь, что армию нужно кормить, одевать, вооружать. Нужны продукты, нужны деньги. Главное — нужны люди.