Фил пятилась к спальне. Испуганными глазами она следила за ним.

— Не уходи от меня, — сказал он с улыбкой. — Ты же знаешь, как любишь меня. Скажи, я хочу это слышать.

Фил была уже близко от двери в спальню. Сердце ее стучало, как у марафонца. Если она сумеет быстро проскользнуть, захлопнуть дверь и закрыть ее на ключ перед его носом… Она с тоской подумала о телефоне на ночном столике и о Махони…

— Скажи это, Ребекка, — говорил Брэд, все ближе подходя к ней. — Скажи это, моя милая. Скажи, что любишь меня. Скажи, что больше не оставишь меня.

Фил окаменела и застыла на месте от ужаса, когда он подошел ближе. Упыбка его исчезла, взгляд был ледяным.

— Брэд, — отчаянно шептала она, — ведь это нехорошо. Конечно, ты мне не безразличен. Ведь ты же мой друг.

Она быстро шагнула назад, выставив руки, чтобы защититься. Он был ловок, как доберман, и она боялась сделать неверный шаг и расшевелить его безумие.

— Мы больше, чем друзья, — сказал он, когда Фил сделала еще один осторожный шаг к спальне. — Такая любовь, она навсегда, Ребекка. Ты знаешь это.

Фил видела краем глаза дверную ручку. «Еще один шаг, — думала она, — еще один, и я спасена. Я позвоню Махони».

Она рванулась к двери и захлопнула ее за собой, дрожа от страха. Но она не смогла закрыться. Она посмотрела вниз, увидела носок его дорогого ботинка с кисточками и услышала его смех, когда сначала рука, а потом плечо протиснулись в щель.

Дверь распахнулась, и Фил полетела на пол. Она положила голову на руки и зарыдала.

Фил чувствовала, что он смотрит на нее, но ничего не говорила. Наконец она взглянула на него сквозь пальцы. Брэд стоял, сложив руки на груди, лицо лишено выражения. Вдруг он присел на одно колено рядом с ней и взял ее за руку.

— Я не могу, чтобы ты опять бросила меня, Ребекка, — мягко сказал он. — Больше не могу.

Он поставил ее на ноги, печально глядя на нее.

— Бедная девочка, — произнес он. — Бедная маленькая девочка.

Он откинул ее разметавшиеся волосы назад и пристально посмотрел на нее. Потом взял ее руки в свои.

— Брэд, — отчаянно сказала она, — ты не должен называть меня Ребекка. Я Фил. Помнишь? Я доктор. Ты говорил со мной.

— А, эта ведьма. Доктор, — сказал он. — Да, помню.

— Ребекка — это твоя мать, Брэд. Ты мне все рассказал про нее.

— Не все, — сказал он глухо, и мурашки побежали по ее спине.

Брэд все еще стоял, скрестив руки. Его хватка была мертвой, и она представила его руки на своей шее и как он душит ее. «Убить Ребекку». Фил вновь почувствовала волну ужаса. Единственная возможность спастись — разговорить его.

— Мы должны поговорить об этом, Брэд, — сказала она, пытаясь говорить медленно, чтобы голос не дрожал. Она должна дать ему понять, что владеет собой, что это она руководит ситуацией. Это был ее единственный шанс.

— Ты говорил, что доверяешь мне, поэтому я хочу, чтобы ты все рассказал о Ребекке. Я должна помочь тебе, Брэд.

— Ты предала меня, — сказал он, крепче прижимая ее к себе. — Ты обещала остаться. Ты же знаешь, тебе не нужно было убегать, Ребекка. — Он нагнул голову и поцеловал ее в губы, страстно прижав к себе.

Фил почувствовала, как слабеет в его руках. Она хотела закричать, оттолкнуть его.