— Я думаю, будет лучше, если вы ее возьмете с собой, — сказал Грант. — Уже поздно.

Десима надеялась, что он пойдет с ней пешком или подвезет в своей машине. Но он явно хотел остаться один, и ей ничего не оставалось, как смириться и ехать в машине Коринды.

Ледьярд сел за руль, Коринда так естественно, словно ничего не случилось, помахала хозяину, и они уехали.

Но когда миновали первый поворот на дороге, Энди сбросил скорость.

— Ну что ж. — Он посмотрел на свою возлюбленную. — Я знал, что Фил очень упрям, но на этот раз ему нельзя позволить сделать по-своему. Я всегда полагал, что за этим что-то кроется, а сегодня мои подозрения только укрепились.

— О чем ты, Энди? — спросила Коринда, а Десима затаила дыхание.

— Как это о чем? Просто Фил кого-то защищает. Кого-то, чью карьеру он считает более важной, чем его собственная.

* * *

Меньше чем пятнадцать минут спустя все трое были в гостиной Фермы Робина. Ставни на окнах были закрыты. Коринда только что вернулась из холла: она позвонила матери и сказала, что они у Десимы, но скоро вернутся домой.

Закрыв за собой дверь, Коринда посмотрела на Десиму, которая сидела в кресле у камина, и на доктора Ледьярда, стоявшего рядом.

— А теперь, дорогой Энди, — сказала она, — ты должен рассказать нам все, что знаешь. Все до конца.

Доктор Ледьярд переводил взгляд от одной девушки к другой. Его приятное загорелое лицо казалось встревоженным.

— Разве ты не понимаешь, в чем затруднение? — ответил он. — Я просто ничего не знаю. Я даже не был там в то время. Уехал из Куала Бананга за два или три месяца до того, как все случилось.

— Сколько времени вы там провели, доктор Ледьярд? — спросила Десима.

— Почти год.

— А что заставило тебя отправиться в такое далекое место? — спросила Коринда.

— Ну, эту больницу — она была частично основана на деньги моего соотечественника, который открывал больницы в разных местах на Востоке, — возглавлял один из самых известных специалистов. Вы, наверно, слышали о докторе Баррет-Рерсби?

— Я слышала, — быстро сказала Десима. — Он работал в «Св. Джуде», специалист по тропическим болезням. Все были поражены, когда он неожиданно решил отказаться от своей лондонской практики и принять назначение за границей. Это было как раз перед тем, как я начала работать в «Св. Джуде». Я помню о нем только потому, что одна из сестер — очень красивая женщина, но у нас никто ее не любил, — была в него влюблена. Тут была какая-то тайная история, и девушку, которая попробовала расспрашивать, тут же заставили замолчать. Но я узнала, что он был очень привлекателен и пользовался большим успехом у женщин.

— Вероятно. Но он был — и по-прежнему является — величайшим авторитетом в своей области, — сухо сказал Ледьярд. — Мне хотелось с ним работать, а в Лондоне это было невозможно. Я использовал связи своего родственника врача, который был хорошо с ним знаком, и попал в Малайю. Но не попал бы в больницу, если бы не встретил Фила Грантли. Мы с ним подружились. Между прочим, — он посмотрел на Десиму, — я тогда все время жил с Филом в одном доме.

— Тогда ты должен был там все знать! — воскликнула Коринда. — Ты был знаком с миссис Симпсон?

— Да, ее все знали.

— Она была… очень красива? — спросила Десима.

— Да.