— Мне просто интересно, как получилось, что вы занялись таким делом.
Гэйб не был готов полностью доверять психоисследователю. Его не оставляла настороженность. Гордон Пайк явился слишком неожиданно, без предупреждения, и в дом попал только благодаря тому, что проявил доброту к Лорен. Но они ведь ничего о нем не знали, и вполне могло оказаться, что он такой же чокнутый, как та экстрасенс Лили Пиил, хотя внешне и выглядел вполне адекватным.
— Более чем разумный вопрос, — бодро произнес Пайк, отряхивая крошки с пальцев. — С вашей точки зрения, все, кто охотится за призраками, должны выглядеть странно, и вообще это подозрительное занятие. Но по мне — это великолепное и уникальное призвание, и я обнаружил когда-то, что имею к тому небольшой дар, хотя исследование психических феноменов, эта страсть, охватило меня в более чем зрелые годы. Да, я всегда интересовался паранормальными явлениями, но работа занимала основную часть времени. Я, видите ли, был библиотекарем в Лондоне. Очень давно, а потом покинул этот шумный и грязный город и стал работать в библиотеке в Барнстапле, где жизнь куда более спокойная и уравновешенная.
Гэйб слышал об этом городе — он находился достаточно далеко от Холлоу-Бэй. Значит, этот человек не был местным жителем.
Пайк замолчал, чтобы отпить глоток чая. Келли к этому времени успела основательно заскучать.
— Мамуля, — проныла она, — могу я поиграть в своей комнате?
— Да, конечно, дорогая, — ответила Эва. — Но только в своей комнате — не вздумай подниматься на чердак.
— Хорошо, мамуля. — Келли припустила к двери, и в следующую секунду ее шажки прозвучали в холле, удаляясь к лестнице.
— У вас образцовый ребенок, — заметил Пайк.
— Спасибо.
Эва начинала терять терпение. Она уже поняла, с какой целью Пайк явился к ним, но не торопилась согласиться с его замыслом. Не важно, как именно исследователь намеревался объяснить странные события последней недели. Эва знала, Пайк ошибается в главном: в Крикли-холле действительно обитают призраки. Проблема в том, что Гэйб, вечный прагматик, явно готов следовать рационалистическим рассуждениям Пайка.
Пайк поставил чашку и блюдце на журнальный столик рядом со своим креслом.
— Будучи библиотекарем, я вполне мог посвятить уйму времени тому, что доставляло удовольствие лично мне. Изучение сверхъестественных явлений стало для меня не просто увлечением. Вскоре я осознал, что стать парапсихологом не так уж трудно, если… э-э… если имеется склонность к подобным занятиям. И я обнаружил, что такая склонность у меня есть. Я стал проводить все выходные в поездках по местам, о которых упоминалось в разных источниках как о посещаемых призраками. В большинстве случаев я мог доказать, что странные явления вызваны физическими аберрациями, а не духами умерших. И я делал это, используя лишь минимум тех инструментов, что используют профессиональные охотники за привидениями… если, конечно, это можно назвать профессией. Первые успехи привели к тому, что я стал получать все больше приглашений, и в результате дел у меня прибавилось, так что я лишь порадовался, когда достиг пенсионного возраста и смог полностью посвятить себя теоретическим исследованиям и практическим экспериментам.
Пайк — пенсионер, подумал Гэйб, значит, шестьдесят пять ему есть наверняка, а скорее и больше, если он не работает уже какое-то время. Но выглядит отлично.
— Значит, вы сами ищете заказчиков? — спросила Эва, и в ее тоне совсем не слышалось доброжелательности, зато Гэйб отметил нотку скептицизма. — Читаете дурацкие газетные статьи, а потом появляетесь на пороге интересующего вас дома?
— Ну, иногда я действительно так поступаю, — признал Пайк. |