А напрасно.

Мари долго бродила по дому в поисках Алисы, спрашивала о ней встречавшихся слуг, но нигде ее не нашла. Она решила ненадолго подняться в свою комнату, чтобы немного привести себя в порядок, а уже потом продолжить. Никогда она так легко не сдавалась, если что-то задумала.

Подходя к своей двери, она услышала шумок позади и обернулась, но не заметила в неосвещенном коридоре того, кто подсматривал за ней, не спуская глаз.

Она вошла в комнату и замерла: на кровати, явно выставленная напоказ, лежала книга об Алой Королеве. Мари приблизилась, озадаченная, но еще больше ее озадачило то, что книга была раскрыта на картинке, где женщина в красном горела в пламени костра. Прошуршав кружевами, она отошла, открыла дверь и внимательно оглядела коридор. Там было пусто и тихо. Отметила она лишь полоску света под дверью на другом конце. Комната ПМ, вспомнила она.

ПМ действительно находился в своей комнате. Он только что открыл чемоданчик, из которого достал какие-то бумаги и тщательно разложил их на столе с почти детским выражением заговорщика на лице. Он вызывающе посмотрел на книгу, лежавшую на углу стола: роман Патрика Райана. На обложке было и фото писателя, его старшего брата, погибшего год назад. Шорох, донесшийся из коридора, привлек его внимание. Он быстро убрал бумаги, подошел к двери, приоткрыл, прислушался и заметил валявшийся на полу листок бумаги. На куске кальки было изображение знака Алой Королевы.

Другой лист бумаги, сложенный вдвое, с легким шорохом проскользнул под дверь комнаты Мари, чуть ли не в метре от ее длинного красного подола. Несколькими минутами позже фигура новобрачной, облаченная в алое, удалялась в направлении парка, пока не скрылась в темноте.

За песчаным перешейком, за двумя каменными столбами, отмеченными знаками зловещей Королевы, за дорогой, пересекающей лес, с озера доносились равномерные всплески. По черной воде скользила лодка, подгоняемая короткими размеренными гребками весел. Потом плеск прекратился, и после нескольких секунд плотной тишины, освещаемой лишь слабым светом электрического фонарика, послышался сильный, сопровождающийся дождем брызг всплеск. Гребки весел возобновились, лодка направилась к берегу.

Мужчине, сидевшему на веслах, было на вид лет шестьдесят. Не выбросив изо рта потухшую сигарету, он удивленно заворчал, почувствовав, как стала покачиваться его лодка. Потом он выругался, потому что качка все усиливалась. Он замер, ясно увидев два фосфоресцирующих зеленых пятна, поднявшихся из глубины и превратившихся в два глаза. Он зачарованно смотрел, как они приближаются к нему.

Охваченный паникой мужчина лихорадочно заработал веслами. Когда лодка уткнулась в песок, он выпрыгнул из нее и оглянулся, лишь отбежав на несколько метров.

В центре озера все еще светились зеленые глаза. И тут его внимание привлекло необычное движение на вершине нависшего над озером утеса. Он только успел разглядеть в призрачном лунном свете женскую фигуру в длинном красном платье и в тот же миг увидел, как она наклонилась и упала в черную воду.

Пораженный мужчина протянул было руку к карману, собираясь достать фляжку с водой, но рука его застыла, не дотянувшись: из озера полыхнуло пламя, на мгновение изобразившее знак Алой Королевы.

Ужас охватил его, и он бросился бежать, ни разу не оглянувшись.

Машины приглашенных были беспорядочно припаркованы перед винокурней. Все производственные цеха были ярко освещены, показывая изящество металлических устройств, от работы которых ритмично подрагивали высокие стены из красного кирпича.

«Ангус уже созрел», — сказал себе Лукас, пытаясь высвободиться из рук жандарма, который, утирая слезы, выступившие от смеха, никак не мог дойти до конца рассказываемого им анекдота. Эдвард, видя, что Лукасу не удается освободиться от опьяневшего жандарма, пришел к нему на помощь и под каким-то предлогом увел того в сторону.