— Я говорю о фактах.
— Конечно, — вмешался Эллери, — не исключено, что Кобб ввез драгоценности контрабандой по собственной инициативе, намереваясь украсть их. Но я так не думаю, потому что пропали не только они.
Лоис Линь быстро повернулась к Эллери.
— Мистер Кобб не был ни контрабандистом, ни вором, — твердо заявила она и снова обратилась к инспектору: — Я охотно поеду с вами в Главное управление, инспектор Квин. Драгоценности необходимо вернуть. Мне очень жаль, что мистера Кобба убили. Он пожертвовал жизнью во имя Китая. Но на карту поставлены тысячи других жизней. Вы найдете драгоценности, не так ли?
— Разумеется, я сделаю все, что в моих силах, мисс Линь. Кто может подтвердить ваши показания?
— Мой отец и глава Общества поддержки Китая.
Эллери двинулся к террасе.
— Куда ты, сынок? — окликнул его инспектор.
Эллери обернулся.
— Собираюсь доставить Никки к мисс Кобб, а потом поработать.
— Слушай, Эл, ты не мог бы отложить свою писанину на несколько дней и…
— Это я и имел в виду, папа. Я собираюсь поработать для Китая.
— О, Эллери! — воскликнула Никки в такси, когда он пересказал ей историю Лоис Линь. — Я так рада, что вы продолжите заниматься этим делом! Но почему вы так внезапно передумали?
— Раскрыть тайну убийства — это одно, — ответил Эллери. — А помочь спасти тысячи жизней — совсем другое. — Когда такси свернуло на 4-ю улицу, он склонился вперед и притронулся к плечу водителя. — Второй дом справа в конце квартала. — Внезапно он вцепился шоферу в плечо. — Остановите здесь!
— В чем дело? — спросила Никки, когда Эллери откинулся на сиденье.
— Ольга Отеро приходила к Шейле. Она только что вышла.
Никки увидела гибкую фигуру женщины в черном, идущей в сторону Седьмой авеню.
— Выходите здесь, Никки. Я не хочу останавливаться перед домом. Не оставляйте Шейлу ни на минуту. Ах да, возьмите пистолет. — Не сводя глаз с Ольги Отеро, Эллери передал Никки оружие. — В случае необходимости пригрозите им, но не пытайтесь стрелять. Предохранитель поднят. Я позвоню вам узнать, что Ольга хотела от Шейлы.
Никки положила пистолет в сумочку и вышла на тротуар.
— Следуйте за женщиной в черном, — сказал Эллери водителю и закрыл дверцу.
На 14-й улице Ольга Отеро села в автобус, едущий в восточном направлении, и вышла на юго-восточном углу Юнион-сквер. Эллери расплатился с таксистом и последовал за женщиной на станцию метро. На платформе она не стала садиться в экспресс, ожидая местного поезда.
Ольга Отеро вошла в вагон, Эллери сел в следующий и стал размышлять о том, почему женщина, имеющая средства для того, чтобы остановиться в «Холлингсуорте», ездит по городу в автобусах и метро. Очевидно, она внезапно оказалась на мели. Но мисс Отеро говорила, что это ее первый визит в Нью-Йорк и что она просила мистера Кобба рекомендовать ей отель, следовательно, город ей незнаком. А между тем она обнаруживает отличное знание маршрутов общественного транспорта.
Когда Ольга Отеро вышла на Канал-стрит и зашагала на восток, Эллери убедился, что она прекрасно ориентируется в районе, незнакомом большинству коренных ньюйоркцев.
Дойдя до Мотт-стрит, женщина свернула на юг. Китайцы сновали туда-сюда, стояли в дверях ветхих зданий, разговаривали друг с другом высокими мелодичными голосами. В воздухе пахло рыбой, луком, пряностями. В витринах лавок были выставлены капуста, соевые бобы, продолговатые желтые тыквы, коробки с китайскими орехами. В мясных лавках жарили уток. |