— Тихо! — шепнул Толику Лешка. — Видишь? Это тот, вчерашний!

Мужчина поливал из шланга клумбу, которая находилась неподалеку.

— Он нас заметил? — забеспокоился Толик.

— Нет пока. Сейчас пойдет к этой клумбе и заметит.

— И выставит этого наглеца! — обрадовался Толик.

Лешка вспомнил, как вчера горело ухо, и ему стало совестно:

— Может, предупредим пацана?

— Еще чего! Захотел наш клад вырыть! Теперь пусть получает по заслугам!

Служитель со шлангом закончил поливать клумбу и двинулся к дубу. Его реакцию на раскопки и на вырытую траншею можно было предугадать.

Он бросил шланг, подбежал к горе-кладоискателю, схватил его за шиворот и заорал:

— Совсем с ума сошли?! Все корни повредить решили? Вот я вас сейчас! Вчера отпустил одного, а сегодня другой тут мне окопы роет!

Мальчишка бросил лопату и попробовал вырваться, но не тут-то было: мужчина крепко держал его за шиворот.

— Нет, братец! Теперь-то я тебя не отпущу! Пойдем сейчас к директору парка! Будешь ему объяснять, зачем понадобилось старинный дуб портить.

— Дяденька! — заревел мальчишка. — Это не я, дяденька! Я не виноват! Это другие! Они спрятались!

— Я всех разыщу! — пригрозил служитель, и ребята посильнее вжались в кусты шиповника. — Я вам всем покажу, где раки зимуют! А ты себя не выгораживай! С лопатой я тебя застал! Ну-ка, пошли! Пошли, говорю!

Мальчишка вопил и упирался изо всех сил. Тогда служитель поднял его, оторвал от земли, схватил в охапку и потащил куда-то, забыв и про свой шланг, и про чужую лопату.

Ребята дождались, пока вдалеке стихли вопли пацана и ругань служителя, и вылезли из кустов.

— Он лопату бросил! — Толик поднял лопату. — Вот и хорошо! Сейчас выкопаем клад!

— Удирать надо отсюда. И побыстрее. Этот мужик сейчас вернется и нас к директору потащит.

— Как же удирать? Без клада?

— Завтра придем!

— Да завтра тут уже толпа кладоискателей будет. Пацан всех своих друзей приведет! Давай копать!

— Ты же сам сказал, что копать бесполезно. Дерн везде нетронутый.

— Но где-то же есть этот клад!!!

— Я, кажется, понял, где! В корнях! Не в земле, а в корнях! Под корнями, то есть! Здесь есть тайник!

Толик стукнул Лешку по плечу и радостно спросил:

— А пораньше не мог догадаться?

Июнь, 1943 год.

Передышка что-то затянулась. Почти месяц мы не двигаемся с места. Наш полк переформировали. Мы теперь являемся частью другой армии. Армия уже ведет бои за ближайшие города, а нас пока оставляют в резерве.

Ожидание боя хуже, чем сам бой. Ожидание выматывает. Каждый день ловим сводки, ждем приказа, готовимся к броску. Но день идет за днем, а мы по-прежнему в резерве.

Один Борис этому радуется. Уверяет, что успеет встать на ноги и сможет и дальше воевать с нами.

Он быстро идет на поправку. Передвигается, правда, пока на костылях, и доктор в госпитале говорит, что о полном выздоровлении речь еще не идет, но Борис заявляет, что уйдет в бой хоть на костылях.

Ноги, — говорит, — не главное. Главное, чтобы руки могли держать автомат.

Преувеличивает, конечно. Какой солдат без ног?

Я часто бываю у него в госпитале. Раз в три-четыре дня. Вот и накануне был.

Он меня во дворе встретил и подмигивает:

— Тебя сюрприз ожидает.

Ну, я, конечно, удивился. Думал, шутит. Я ему в тон:

— Без костылей ходить научился? Или уже плясать можешь?

А он:

— Ноги мои тут ни при чем.