Даниель внушала ей неуверенность в себе. Ей казалось, что рядом с блондинкой она выглядит невзрачной серой мышкой. Кэрри решила, что будет держаться от них как можно дальше — насколько позволят дела. Но, прежде чем уехать, ей нужно будет пристроить мать у друзей. Даже в течение двух-трех дней та не сможет оставаться одна.

В среду во второй половине дня Кэрри помогла матери собраться и на такси отвезла ее к старым друзьям — мистеру и миссис Поркинз. Они с удовольствием согласились приютить у себя на несколько дней миссис Медоуз и забросали Кэрри вопросами о том, как идут дела в «Дубах», нравится ли ей там работать, и о новом владельце поместья. Кэрри отвечала односложно и, сославшись на то, что ей нужно готовиться к поездке, вернулась к себе.

Дома она быстро просмотрела свои вещи, решила, что наденет в дорогу и возьмет с собой, и кое-что постирала. Потом открыла в ванной воду и наполнила ванну. Конечно, ванна в коттедже была далеко не такая роскошная, как в особняке, но в ней вполне можно было помыться. Кэрри добавила в воду немного соли и пены и, вставив в плеер диск Стинга, погрузилась в горячую ароматную воду и стала наслаждаться музыкой.

Она уже вытиралась, когда услышала звук приближавшейся машины и шорох колес по гравию. Возле коттеджа мотор заглох, и она услышала щелчок открывающейся дверцы. Кто бы это мог быть? Насколько она знала, Джеффри с утра уехал в Бристоль на одну из своих фабрик. Второпях она накинула махровый халат и вышла из ванной.

Послышались торопливо приближающиеся шаги, и за застекленной дверной панелью показалось лицо Джеффри.

Растерянная и несколько смущенная тем, что она в банном халате и с обмотанным вокруг головы полотенцем, Кэрри подошла, чтобы открыть дверь, но Джеффри сказал:

— Я подожду вас в саду. — И спустился с крыльца.

Кэрри ринулась в спальню и наскоро оделась. Джеффри Барлет никогда прежде не приходил в коттедж, только что-то очень важное могло привести его сюда. Уж не отменил ли он поездку в Париж? — со страхом подумала она. Но и это, в конце концов, он мог сообщить ей по телефону.

Бегло посмотревшись в зеркало, Кэрри открыла дверь и вышла в сад. Джеффри сидел на каменном бордюре, огораживающем клумбу, на которой многолетняя сальвиния и дельфиниум сочетались с алой и белой геранью. Когда Кэрри приблизилась к нему, он поднялся.

— Сожалею, если я не вовремя, Кэролайн. Я пытался дозвониться вам на сотовый, но вы не отвечали. Вероятно, потому, что были в ванной.

Кэрри почувствовала, что краснеет. Вечно этот несносный человек смущает ее.

— Я хотел предложить вам поужинать со мной сегодня.

Кэрри недоуменно уставилась на него. Она дала себе зарок не выходить за рамки служебных отношений со своим боссом. Совместный ужин определенно не вписывается в эти рамки, не так ли?

Видимо, заметив ее колебания, Джеффри добавил:

— Есть некоторые детали относительно нашей завтрашней поездки, которые я хотел бы обсудить с вами, а поскольку я до сих пор ничего не ел, то подумал, что так мы сможем убить двух зайцев сразу.

Кэрри все еще колебалась.

— Может быть, нам было бы удобнее поговорить обо всем в офисе? — робко спросила она.

— Нет, я слишком голоден. Кроме того, я считаю, что нам не помешает узнать друг друга получше.

— Не вижу в этом необходимости, но если вы находите удобным обсуждать за ужином деловые вопросы, то как вам будет угодно. Я буду готова через полчаса.

— Прекрасно. Я заеду за вами.

После его ухода Кэрри села расчесывать и сушить волосы феном перед зеркалом и увидела на своих щеках предательские красные пятна, свидетельствующие о сильном волнении.