Подумав, Кэрри пришла к выводу, что, несмотря на деловой подход Джеффри к браку, ей все-таки будет лучше жить с любимым человеком, чем без него, даже если он ее не любит. Сглотнув нервный комок, она постаралась, чтобы ее голос прозвучал спокойно и рассудительно, как и у него.

— Думаю, это хорошая идея, Джеффри.

Что-то блеснуло в его серебристо-стальных глазах. Что это было? Радость? Удивление? Или торжество?

Он встал, подошел к креслу, в котором она сидела, взял за руки и поднял.

— Кэрри, мне нужен ясный ответ. Ты выйдешь за меня замуж?

— Да, Джеффри, — прошептала она.

Он внезапно как-то странно взглянул на нее, отпустил и отступил на шаг.

— Два дня назад ты говорила, что никогда не передумаешь. А с самого начала вела себя так, словно презираешь меня. Я понимаю, тебя смущает мое происхождение…

Кэрри открыла было рот, чтобы возразить, но он вскинул руку, останавливая ее.

— Не говори ничего. Я знаю, что это так. Однако ты все-таки решила принять мое предложение, и я этому рад, но хотелось бы понять почему. — Он облокотился о каминную полку и пристально смотрел на нее, ожидая ответа.

Кэрри не осмеливалась поднять на него глаза.

— Скажи, а ты веришь в любовь? — спросила она чуть слышно.

Джеффри немного подался вперед, чтобы расслышать ее слова, затем издал резкий смешок и покачал головой.

— Нет, но я верю во взаимное уважение и стойкую привязанность, которая возникает и растет между людьми, живущими вместе и объединенными общими интересами и делами. Все остальное — романтическая чепуха для школьников, которую придумали писатели и режиссеры. Это якобы неземное, возвышенное чувство, называемое любовью, ненадежная основа для брака.

Не выдержав его холодных рассуждений, Кэрри повернулась и пошла на кухню. На глаза навернулись слезы. Это совсем не то предложение руки и сердца, о котором мечтает каждая девушка.

Джеффри пошел следом за ней и остановился у нее за спиной.

— Но это не значит, что я к тебе совсем ничего не испытываю, Кэрри, — немного мягче проговорил он, затем обхватил ее руками за талию и притянул спиной к своей груди.

Кэрри почувствовала его горячее дыхание возле своего уха, и по ее телу прокатилась неконтролируемая дрожь наслаждения.

— Меня влечет к тебе. Я хочу тебя, — пробормотал он ей на ухо. — Ты ведь знаешь это, правда? Да и ты, мне кажется, не совсем равнодушна ко мне. Разве этого мало?

Одна его ладонь скользнула с талии вверх и обхватила грудь. В тот же миг Кэрри подхватил и завертел вихрь головокружительных ощущений. Ей казалось, что эти пальцы прожигают ее тело насквозь даже через слой ткани.

Боясь, что не выдержит, выдаст себя и бросится в его объятия, умоляя любить ее, Кэрри вырвалась из кольца его рук и повернулась к нему лицом.

Он опустил руки, выражение его лица стало жестким и напряженным.

Да! — хотелось крикнуть ей. Мне этого мало, очень мало! Я хочу, чтобы ты любил меня, обожал, боготворил, чтобы я была для тебя единственной, самой прекрасной женщиной на свете, а не просто одним из пунктов твоей собственности, с которой тебе удобно и приятно.

— Ну так что же, Кэролайн, ты выйдешь за меня? — спросил он. — И если тебя не устраивает то, что я тебе предлагаю, то как в таком случае ты понимаешь замужество?

— Я… — она замялась, — у меня всегда были романтические представления на этот счет.