Сэму не стоило большого труда получить согласие Неда Кори на захоронение его жены на кладбище Лэнгтри, ведь Сэм оплатил все расходы на гроб, памятник и похороны. А когда два года спустя Нед погиб в аварии, Сэм распорядился похоронить его на окружном кладбище в десяти милях от поместья.

Никто никогда не осмеливался расспрашивать хозяина Лэнгтри о причинах его решения, а сам он никому не поведал об этом ни слова. Ведь он любил замужнюю женщину. Совесть не позволяла Сэму увести жену у Неда Кори, пока она была жива, но после смерти Ленор никто уже был не в силах отнять у Сэма его любовь. Кроме того, так Ленор была ближе к своей маленькой Рио, и девочка могла приносить на могилу матери свежие цветы.

Сэм уже почти добрался до ухоженной могилки Ленор, как вдруг остатки сил начали покидать его. Так и не дойдя до тени деревьев, старик без чувств повалился наземь.

– О Боже, Рио, надеюсь, ты не собираешься околачиваться в доме до вечера? – обратилась Рамуна к девушке, когда та мчалась мимо нее. Рио так спешила найти Кейна, что очередной выпад Рамуны не произвел на нее должного впечатления. Пробежав через холл, Рио ворвалась в кабинет Кейна.

Задыхаясь от волнения, она выдохнула:

– Где Сэм?

Кейн бросил мимолетный взгляд на ее бледное лицо и вновь сосредоточился на бумагах.

– После завтрака он не вставал с постели, – ответил Кейн, помолчав. – Скоро появится доктор Кейди и осмотрит его.

Рио в отчаянии замотала головой.

– Я только что видела Сэма верхом на Спиннере.

– Он же не в состоянии взобраться на лошадь – тебе ли этого не знать, – проворчал Кейн.

– Тогда объясни мне, как ему все таки удалось это сделать, – выпалила Рио.

В открытых дверях раздался голос Рамуны:

– Кейн, как ты позволяешь ей разговаривать с тобой в таком тоне?

Кейн проигнорировал вопросы обеих и спросил Рамуну:

– Сэм все еще наверху?

Рамуна удивилась.

– Нет, он сказал, что идет в конюшню. Он выглядел неважно, поэтому я подумала, что немного солнца ему не повредит.

Девушку охватила такая ярость, что она едва сдержала себя. Только Рамуна могла столь легкомысленно относиться к серьезному заболеванию Сэма. Кейн вскочил, обошел стол, но вдруг обернулся и схватил радиотелефон.

Минуту спустя они оба уже неслись к выходу. Кейн на мгновение задержался и приказал Эстелл:

– Поищи Сэма в доме. Если он здесь, позвони мне. В противном случае свяжись с доком Кейди и попроси его немедленно выехать. Кажется, Сэм решил прокатиться верхом.

Эстелл не успела ответить, как они уже бежали через двор к воротам.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Изнуряющая жара напомнила Сэму о том первом дне, когда он объезжал молодого жеребца и как раз двигался мимо забора вдоль большой дороги. Сэм увидел старый коричневый пикап, осевший под тяжестью видавшей виды мебели и ковбойских пожитков. Одна из передних покрышек фургончика спустилась.

Потом он увидел молодую женщину – высокую и тоненькую, ее темные волосы были закручены в узел. Легкий ветерок развевал голубое платье в цветочек. Женщина несла на бедре спящего младенца и, заметив Сэма, подняла руку к глазам, чтобы защитить их от ослепляющего солнца.

Сэм остановился возле изгороди. Женщина улыбнулась ему, и эта робкая и взволнованная улыбка тронула Сэма до глубины души. Он снял шляпу, затем спешился и привязал жеребца к изгороди.

Сэм молча пересек неглубокий ров, отделявший изгородь от дороги. Подойдя ближе, он заметил, что глаза женщины излучают дивный голубой свет. Ее нежное лицо уже порозовело от палящего солнца. Годовалый розовощекий херувимчик, спавший на ее бедре, склонил темную головку к груди матери.