— Неужели? — мягко спросил он.

— Да. Я подумала заехать за вами, спросить, не согласитесь ли пойти вместе, но было очень рано.

— Ничего страшного. Вы взрослый человек.

Он, не поднимая глаз, налил кофе.

— Я не хочу, чтобы кто-то пострадал, вот и просил вас не ходить в одиночку.

Похоже, он немного обиделся.

— Но вы же поднимались туда, Юэн! Я чувствовала, будто вторгаюсь в чужой дом. Это ваши вещи в комнате? — Джуд поспешила сменить тему. — Книги и газеты?

— Да, это для моей следующей книги. Я пишу о звездах, — оживился он.

— В самом деле?! Вот это совпадение, учитывая, что сама я хочу побольше узнать об астрономе Энтони Уикеме, человеке, который построил башню. Эстер — его приемная дочь.

— Это может быть полезно для моей книги.

— Вы работаете над новой книгой?! Здорово! О чем она?

— Только не о технических подробностях. Я не физик, не астроном. Пишу на общие темы. Это о культурном значении астрономии. О необходимости звезд для нас, людей. Проживая в городах и деревнях, при искусственном свете, мы подвергаемся опасности потерять связь с ночным небом, ощущение чуда, осознание величия Вселенной и нашего в ней места. Я хочу донести все это до сознания людей, побудить их хоть иногда смотреть на небо. Полагаю, это цель всех моих книг — заставить людей вновь влюбиться в природу.

Джуд невольно подумала, каким энергичным и убедительным он выглядит, когда говорит о творчестве.

— Спасибо, — кивнула она, принимая чашку с кофе. — Великолепная речь. Словно книга, которую хочется прочесть. Так вы наблюдаете за звездами с башни? Я заметила люк в потолке…

— Ради всего святого, надеюсь, вы не вздумали подниматься на самый верх? — встревожился Юэн.

— Нет-нет, не беспокойтесь, я не настолько глупа.

— Видите ли, я знаю, как открывать люк. Там есть одна хитрость. Кроме того, очень опасно балансировать на лестнице, пока стараешься отпереть замок. Да, я поднимаюсь на башню, как старый Энтони Уикем, но не только для того, чтобы смотреть на звезды. Мне там спокойно думается, я набрасываю заметки для книги. И знаете, я пришел к выводу, что почаще сидеть в маленькой комнате — идея совсем неплохая. Для меня там комфортнее атмосфера, хотя не всем она нравится.

— Вы о Саммер? Я знаю, что вы имеете в виду, говоря об атмосфере, — помрачнела Джуд. — Я почти физически ощущаю ход истории, но именно это меня интересует. И еще… словно чье-то присутствие. Я думала об Энтони Уикеме, там, наверху, проводящем одинокие ночи за телескопом. Хотя не могу сказать, что его дух все еще присутствует в башне. Там осталось не так много его вещей. Правда, я особенно не шарила в шкафах.

— Вы имеете столько же прав шарить в шкафах, сколько и я, — пожал плечами Юэн, обхватив ладонями чашку с кофе. — Однако я кое-что нашел, и… это напоминает мне…

Он поставил кружку, подошел к старому шкафу у стены и взял что-то с полки.

— Что вы об этом думаете?

— Монета, — пробормотала Джуд, переворачивая тяжелый кружок почерневшего металла. — Может быть, пенни. — Она поднесла кружок к свету. — Голова короля. Возможно, одного из Георгов. Но не могу разобрать которого.

— Думаю, Георга Первого. Короля Великобритании. Правил с тысяча семьсот четырнадцатого по тысяча семьсот двадцать седьмой. Я нашел информацию в Интернете. Вырыл монету, когда хоронил оленя. Считаю, нужно отдать ее Джону Фаррелу, поскольку это его земля, но на сайте говорится, что она почти ничего не стоит.