— У меня ленч с одним парнем в Реате. Это в двух кварталах отсюда. Если понадобится, откажусь. Он просто хочет, чтобы я проследил за бывшим парнем его дочери.

И пригрозил при случае сломать ему шею. Давным-давно, целый месяц назад, я бы использовала эту историю против Хадсона, сделав причиной не подпускать его близко.

Но не теперь. Хватит.

Я положила руку ему на плечо.

— Прекрати. Ты не виноват в том, что случилось. Я обещаю, что не выйду из банка до твоего возвращения. — Я снова потянулась к ручке дверцы.

— Подожди, — сказал Хадсон, наклоняясь мимо меня к отделению для перчаток.

— Тебя сейчас запрет второй ряд парковки, — запротестовала я. — Мне не нужен пистолет. В банке сработает сигнализация.

— Это не пистолет. — Что бы там ни было, оно было маленьким. Хадсон перевернул кулак, разжал пальцы, как фокусник, и я увидела блеск золотой филиграни и крошечных рубинов.

— Кольцо твоей бабушки, — прошептала я, чувствуя, как колотится сердце.

— Ты носила его однажды. Четырнадцать лет назад. Сорок один день кряду. На этот раз я надеюсь, что ты его не вернешь.

Он надел тоненькое кольцо на безымянный палец моей левой руки.

— Это мой обет, — сказал он.

* * *

Хадсон подождал, пока я исчезну за прозрачной дверью, и только потом отъехал от обочины. Мисс Биллингтон тут же возникла рядом, покачивая невидимой антенной. Ее лицо сменило целый ряд забавных выражений, пока она оценивала мой внешний вид. Уверена, последняя гримаса означала «так тебе и надо».

— Ваш адвокат уже все подготовил, — быстро сказала она, приходя в себя, и повела меня обратно к своему безупречному столу. Я старалась избегать отражений. На сегодня с меня хватило и одного.

— Документы, пожалуйста. Вы не заявлены как лицо, получающее доступ к ячейке в случае форс-мажора. Ваш адвокат и мой босс нарушили сразу несколько пунктов протокола. — Сью Биллингтон определенно не одобряла подобных услуг и телефонных договоренностей.

— Вы не могли бы ответить на мой вопрос? Пожалуйста. — Я сохраняла нейтральный тон, подталкивая к ней по столу свои водительские права. — Мой отец знал о второй ячейке?

— Подпишите вот здесь, где галочка, — энергично сказала она, доставая из стопки листок бумаги. — Вот здесь поставьте инициалы. И здесь. Отличное кольцо, к слову. Необычное.

— Пожалуйста, помогите мне.

Сью Биллингтон вскинула голову и встретилась со мной глазами. В моих стояли слезы. Доставая из-под стола коробку с салфетками, она вдруг оттаяла. Посмотрела на меня с выражением, которое наверняка приберегала для любимой кошки, и заговорщически наклонилась вперед.

— Нет. Я не верю, что ваш отец знал о ячейке. Это всего лишь умозаключение, основанное на двадцати пяти годах моей работы в банке и наблюдениях за человеческим поведением. Бумаги говорят, что ваша мать оформляла ячейку в одиночестве. Нет другого арендатора для совместного доступа и нет агента для экстренных случаев. Если этот бизнес чему меня и научил, то это тому, что чем ярче светится над человеком нимб на воскресной утренней службе, тем больше шансов, что человек неверен в браке. Это одна из причин, по которым я так и не вышла замуж.

А еще потому, что никто, будучи в здравом уме, не решился бы сделать тебе предложение, длинноносая ты ехидна.

Мы повторили всю необходимую для службы безопасности волокиту: карточка, сканер ладони, камеры наблюдения, встреча с Рексом и его пистолетом.