Господи! Словно электрический разряд пронзил ее тело, едва она коснулась его пальцев. Вздрогнув, она убрала руку.

— Что ж, — сказал Джон, — не буду настаивать. Хотя не скрою — ты мне очень понравилась…

— И ты мне, Джон, — неожиданно для самой себя призналась Трейси. — Еще тогда, на дороге, когда остановился узнать, что у меня произошло.

Их взгляды встретились. И будто лучики протянулись между ними, мерцая в полумраке салона.

Трейси не знала, что с ней происходит. Она вдруг почувствовала необычайную легкость, словно неожиданно превратилась в перышко, плывущее по воздуху, подгоняемое теплым приятным ветерком.

Глаза Джона неумолимо приближались. Трейси замерла. Губы ее немного приоткрылись. И в тот момент, когда он поцеловал ее, она вдруг осознала, что не может больше сопротивляться, что ее тело не подвластно голосу разума, что каждая клеточка ее только и ждет этих чувственных прикосновений.

Язык Джона деликатно проник меж ее губ, ведя свою игру, даря новые ощущения. Все с ним было словно впервые. И эти ласки… они дарили ей небывалое наслаждение. Трейси расслабилась, отдаваясь чувствам, ощущая, как внутри нее концентрируется огненный шар, готовый в любой момент спалить все без остатка.

Стон вырвался наружу. И никто из них не понял, чей это стон. Потому что чувства их бушевали, ведя свою вихревую пляску, то подчиняясь друг другу, то ведя между собой борьбу. И ощущения эти были настолько сильными, настолько захватывающими, что заставили обоих забыть обо всем на свете.

Рука Джона пробралась под блузку Трейси, нежно погладила спину. Трейси вздрогнула, так как тысячи теплых волн пробежались по ее телу.

Она хотела его. Хотела обладать им. И действия ее были быстрыми и порывистыми. Рука ее пробралась к его рубашке, расстегивая пуговицы, забираясь под тонкую ткань, гладя мускулистый торс и чувствуя, как напрягаются его мышцы. Это было так прекрасно — ощущать свою власть над ним.

Кто-то посигналил сзади. И они оба вздрогнули, отпрянули, удивленно смотря друг другу в лицо и не веря в то, что только что произошло.

— Прости, я, кажется, не сдержался. — В глазах его полыхал пожар.

Трейси судорожно вздохнула.

— Мне кажется, мы заняли востребованное место, — срывающимся от волнения голосом произнесла она.

Отвернув козырек над лобовым стеклом, Трейси посмотрела на себя в небольшое зеркало и ужаснулась. Боже, на кого она была похожа! Волосы растрепались, глаза горят. Весь вид ее свидетельствовал о том, чем она занималась. Трейси постаралась быстро привести себя в порядок.

Джон же пока тронул машину и отогнал ее чуть подальше, чтобы дать возможность другим автомобилям подъехать к входу в отель. Остановив «кадиллак», он посмотрел на Трейси, которая уже успела прийти в себя и принять прежний, безукоризненный вид. И лишь тлеющие угольки в ее глазах напоминали о былом костре.

Джон грустно усмехнулся.

— От кого мы бежим, Трейси? — спросил он. — От кого?

— Не знаю, — ответила она дрогнувшим голосом. — Возможно, от самих себя?

В этот момент трель мобильного телефона пронзила салон автомобиля резким звуком.

— Это мой! — Трейси открыла сумочку, пытаясь выудить из нее вибрирующий и разрывающийся мелодией мобильник.

— Извини, что беспокою тебя… — Голос Стефани звучал глухо, рядом слышался чей-то разговор. — Но мне очень надо, чтобы ты приехала ко мне.

— Да, хорошо! — ответила Трейси, не понимая, что происходит.

— Только не ко мне домой. — Стефани говорила так тихо, что Трейси приходилось прислушиваться, чтобы разобрать слова.