— Ему очень плохо, Стефани. Он чувствует себя виноватым и боится, что я его возненавижу, что ты его не простишь.

Стефани отвела взгляд. Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Трейси с состраданием посмотрела на нее.

— Мне очень трудно осмыслить все то, что я сейчас узнала, — произнесла она. — Я знаю, сколько боли и горя тебе пришлось преодолеть. Я знаю, что отец неправ.

Стефани вздохнула, перевела свой взгляд на Трейси, и та увидела отражающиеся там робкие лучики счастья.

— Всю свою жизнь я мечтала только об одном — увидеть тебя, — прошептала Стефани. — Каждый день я надеялась, что это чудо произойдет. И, когда мы с тобой встретились, я словно обрела второе дыхание. Трейси, — Стефани с нежностью посмотрела на нее, — я так рада, что мы теперь вместе. Ты всегда для меня оставалась дочерью, которую я любила.

— Мама! — Трейси всхлипнула, прижимаясь щекой к ее ладони, которую все еще держала в руках. — Ну почему ты сразу ничего не сказала мне? Почему?

Стефани слабо потрепала ее по щеке.

— Девочка моя, — прошептала она. — Я просто не решилась лезть в твою жизнь, рушить тот мир, в котором ты жила.

Трейси судорожно вздохнула, подняла голову и встретилась глазами со Стефани.

— Ты думаешь, было бы намного лучше, если бы я до сих пор пребывала в неведении? — с грустью произнесла она.

— Не знаю, — призналась Стефани. — Но я очень испугалась того, что ты можешь не простить меня.

Трейси погладила ее ладонь.

— Стефани, — прошептала она, — на меня много чего обрушилось за последние дни. Но об одном я не жалею точно, это о том, что ты — моя мать.

Стефани улыбнулась, и слезы радости заблестели в ее глазах.

— Спасибо, милая. Ты даже не представляешь, как мне приятно это слышать.

Они еще долго разговаривали. Стефани расспрашивала Трейси о ее жизни и внимательно слушала ее. Глаза Стефани начали слипаться. Она явно устала, хотя и боролась с собой из последних сил. Трейси поднялась.

— Тебе надо отдохнуть, — с нежностью в голосе произнесла она. — А мне уже пора. Сегодня надо сдать все дела.

По лицу Стефани пробежала тревога.

— Тебе действительно надо уезжать? — обреченно поинтересовалась она.

— Да, — вздохнула Трейси. — Работа подошла к концу. Сегодня мне звонили из агентства. — Она немного помолчала. — Я буду звонить тебе. И приеду немедленно, как только закончу все дела. Сразу, как только освобожусь. — Она ободряюще улыбнулась. — Ты теперь от меня никуда не скроешься, мама.

Стефани улыбнулась сквозь слезы.

— Как же хорошо, что я тебя встретила, девочка моя, — прошептала она.

— Да… — Трейси наклонилась к ней и поцеловала в щеку. — Обещай мне, что обязательно поправишься. Я приеду к тебе, как только смогу.

Стефани слабо улыбнулась.

— Как жаль, что я сейчас прикована к кровати.

— Не думай о плохом! — Трейси ободряюще посмотрела на нее. — Ты обязательно выздоровеешь, я знаю. И все будет хорошо.

Стефани усмехнулась.

— Мне все равно ничего не остается, как верить в это.

Трейси заметила, как у Стефани заблестели глаза. И сердце ее будто сдавило тисками.

— Я постараюсь приехать как можно быстрее, — пообещала она.

Выпрямившись, Трейси смахнула блестевшие в глазах слезы и вышла. Стефани долго смотрела на закрытую дверь.