Проматывая пленку, Кейла наткнулась на короткий — минуты на три-четыре — кусок заснятой на кинокамеру вечеринки. Камера сдвинулась, и среди незнакомых людей Кейла увидела Майкла. Здесь, на пленке, он был моложе и показался ей совсем другим. Но вот он улыбнулся в камеру, и сердце у Кейлы замерло. Это была все та же улыбка, которую она так любила: обаятельная, теплая и чуть ленивая.

Камера снова сдвинулась, и стало ясно, что Майкл улыбается женщине, которая стоит рядом с ним, — ослепительной черноволосой красавице. «Темное пламя» — так, кажется, называл ее Остин...

Да, это, несомненно, была Нора. Та самая Нора, которая бросила Майкла и вышла замуж за его лучшего друга.

Кейла замерла, словно ее охватил столбняк. Вот Нора непринужденно улыбнулась тому, кто снимал, и у Кейлы все оборвалось внутри. Разве могла она, серая мышка, сравниться с такой невообразимой красавицей?!

Она остановила киноленту и перемотала на начало эпизода, вряд ли понимая, зачем это делает. Нора смотрела на Майкла с дружелюбной сердечностью, но в ее взгляде не было ничего даже похожего на то, что испытывала к нему сама Кейла!..

— Немедленно выключи это! — внезапно раздался голос за ее спиной.

Кейла вздрогнула и обернулась. На пороге стоял Майкл. Его глаза горели холодным огнем, губы были сжаты в тонкую линию.

— Я сказал, выключи проектор! — повторил Майкл, и его голос был исполнен леденящей ярости.

Кейла не сразу нашла нужную кнопку, а выключив проектор, поднялась с дивана. Она почему-то решила, что ей будет проще разговаривать с ним стоя.

— Вы нашли катер?

Ей показалось, что он ей не ответит: пауза слишком затянулась. Но в конце концов он все же заговорил:

— Да. Нашли. Где ты взяла эту пленку?

— Я ничего не искала специально! Я смотрела пленку с видами городов, которые ты снимал, и там оказался этот кусочек...

Кейла закусила губу: она вдруг поняла, что снова оправдывается перед ним. А ведь ей не в чем было оправдываться!

— Ясно. — Теперь леденящая ярость Майкла сменилась холодным равнодушием. — Это старая пленка... снято лет пять назад.

— Но тебе до сих пор больно на это смотреть? — Кейла и сама не поняла, как она решилась задать ему этот вопрос.

— Нет!

— Тогда почему ты так набросился на меня?

— Кейла, пожалуйста, перестань. — Его голос звучал устало.

Она, может быть, и хотела бы перестать, но понимала, что уже не успокоится, пока не узнает всей правды. Она пристально смотрела на Майкла, ожидая ответа, и ему пришлось ответить ей.

— Когда-то я любил эту женщину, — раздраженно проговорил он. — Но теперь все это в прошлом. Все уже отболело.

— Но если ты больше ее не любишь, тогда почему ты настроен к ней так враждебно?

Майкл недобро прищурился.

— Это Остин тебе наболтал? — Его голос теперь звучал мягко, но эта мягкость была обманчива. — Вовсе я к ней не враждебно настроен. Между нами вообще не было никакой вражды. Мы просто расстались.

— И ты с ними видишься? С Норой и ее мужем?

— Нет, — процедил он сквозь зубы.

— Потому что ты не можешь видеть их вместе?

— Нет, не потому, — спокойно отозвался Майкл. — Просто я, как и большинство нормальных людей, не люблю ставить себя в глупое положение. Так что, я думаю, все дело в гордости. Только она нам мешает стать одной большой дружной семьей из трех человек!

Кейла внимательно пригляделась к нему. Майкл, который стоял сейчас перед ней, был совсем не такой, каким она видела его на пленке.