|
Похоже, мать его будущего ребенка — женщина деловая, а это значит, что малыша, скорее всего, будут воспитывать посторонние люди, пока мамаша будет занята карьерой. Тогда к чему заводить ребенка? Если только не в качестве символа того, что современной женщине мужчина не нужен в принципе, что она способна не только заниматься бизнесом, но и быть матерью. К вожделению примешалась неприязнь к Элисон Уитмен.
— Даже не надейтесь, что я отстранюсь от воспитания ребенка. Мы проведем тест на отцовство, и, если это действительно мой ребенок, придется вам привыкать к тому, что вы получите еще и мужа, даже если это не совпадает с вашими желаниями.
Максимо не собирался снова вступать в брак. После гибели Селены он не помышлял даже о кратковременных связях. Однако ребенок не только поменял планы Элисон, но и его заставил изменить свои планы. И речи не может быть о том, что его ребенок будет расти без отца. Ребенок Макса Росси должен быть с ним, не говоря уже о том, что он не потерпит, чтобы на его отпрыска смотрели как на бастарда. Его сын или дочь не виноваты ни в том, что их мать захотела ребенка из пробирки, ни в том, что Селена погибла, ни в том, что в клинике была допущена ошибка. И для этого существует только одно средство, один способ все исправить.
— Вы только что сделали мне предложение руки и сердца? — спросила Элисон.
— И да, и нет.
— Как я должна вас понимать?
— Я предложил вам выйти за меня замуж, но лишь потому, что вы ждете моего ребенка.
— Но мы не знаем друг друга.
— Однако вы мать моего будущего ребенка.
— Я не понимаю, какое это имеет отношение к браку. — Элисон вздернула подбородок.
— Многие люди вступают в брак именно по этой причине, — с чуть кривоватой усмешкой бросил Максимо.
— Не могу отвечать за всех, — парировала девушка, — но лично я хотела только ребенка, но никак не мужа — ни в придачу, ни в качестве подарка.
— Я уверен, что многие женщины, считающие себя независимыми и в некоторой степени ими даже являющиеся, вам бы зааплодировали, — заметил он. — Но поймите, хотя ребенок и находится в вашей утробе, он в такой же степени мой, как и ваш. Более того, фактически — пусть и не желая — вы сами вовлекли во все это меня.
— Только потому, что мне нужно было уговорить вас пройти тест.
— Разве приход ко мне был единственным способом?
— Возможно, нет, — признала Элисон. — Но мне нужно знать наверняка — и до того, как ребенок родится. Я должна быть готова к этому эмоционально. К тому же сначала выясняют, являются ли оба родителя носителями дефектного гена, а уже потом проверяют его наличие у ребенка. Я могла бы добиться, чтобы провели тест плода, но, так как есть риск выкидыша, я решила сначала прийти и поговорить с вами.
— А может быть, несмотря на убеждение в собственной независимости, на самом деле вы не так уж независимы? Тем более, когда вам стало известно, что отец вашего ребенка богат и влиятелен. Или, может быть, ваша подруга тоже замешана? Как случилось, что мою сперму хранили два года, и вдруг — случайно — она оказалась в донорском банке?
Максимо считал, что он имеет все основания подозревать незнакомых людей в том, что они хотят поживиться за его счет, воспользоваться преимуществами, которые даст им его положение в обществе. Так почему он должен верить этой Элисон Уитмен? Люди ради собственной выгоды способны пойти и не на такое.
— Я не знаю, почему произошла ошибка и почему это случилось именно со мной, — стараясь не поддаваться гневу, произнесла Элисон. — Опять-таки, не знаю, что движет другими людьми, но я не собираюсь выходить замуж за мужчину лишь потому, что он богат. |