– Он не такой плохой, как ты думаешь, – всхлипнула в плечо Дарена Этель, хватаясь за его футболку. – Он мечтает о лучшем мире. Он просто потерян и одинок.

Руки Дарена ослабли и не слушались. Он все еще обнимал Этель, но не мог даже пошевелиться. Хорошо, что она не могла видеть его лица, иначе бы точно расстроилась…

Омерзение. Недоумение. Отрицание.

Почему Этель защищает монстра? Почему плачет из-за него?

– Ты не знаешь его так, как знаю я, – продолжала причитать она, рыдая в плечо парня. – Наверное… Звучит ужасно, но я не могу его ненавидеть. Я странная, да?

Дарен промолчал, но не отстранился. Судя по тому, как Этель затихла, она все поняла. Сложно принять, что тот, кто окунул тебя в кошмары, на самом деле борец за лучший мир. Дарен не мог сопереживать Ви, но волновался за Этель. Чудовище очаровало ее? Обмануло? Ви успел сделать Этель своей марионеткой или только собирается это сделать?

– Я верну Ви туда, откуда он пришел, – успокоившись, Этель высвободилась из дрожащих рук Дарена. – Но мне может потребоваться твоя помощь.

Дарен отошел на пару шагов, чтобы не смущать Этель своей близостью, и кивнул. Отказывать в помощи той, кто подарил ему второй шанс на жизнь, он не мог и не хотел.

– Если получится, я сделаю все сама. Но на всякий случай будь рядом.

– Что ты собираешься устроить?

– Ничего такого, – Этель неопределенно махнула рукой. – Просто возьму кое-что у Ви, чтобы потом забросить это в разлом. Тогда все и кончится.

«Якорь», – догадался Дарен, а вслух спросил:

– И все? Так просто?

– У всего есть своя цена, – загадочно улыбнулась Этель, – но не беспокойся, ничего серьезного. Я готова заплатить, лишь бы больше никто не пострадал.

– Может, я…

– Нет, – обрубила Этель, даже не дослушав. – Я зову тебя с собой не чтобы разделить плату. Ты нужен на случай, если я не смогу найти разлом, в который выброшу Якорь Ви. Я почти уверена, что теперь ты такой же, как и я, Зрячий. А значит, сможешь закончить наше дело, если я вдруг не сумею.

– Думаешь, он тебя не отпустит?

Она не ответила. Как призрак подплыла к окну, за которым уже смеркалось, и, глядя на темнеющее небо, сказала так, будто не слышала вопрос Дарена:

– Будь рядом, но не отсвечивай. Если что-то пойдет не так, я дам сигнал. Не пытайся меня спасти или, еще хуже, напасть на Ви. Хватай и беги. Понял?

– И что дальше? Думаешь, Ви меня не поймает?

– Я его задержку. Я попытаюсь.

– Без тебя я не справлюсь. Как я оставлю что-то в разломе, если даже не знаю, как он выглядит?

Этель обернулась. На ее губах играла печальная улыбка.

«Ты знаешь. Ты носил разлом на себе», – напомнил себе Дарен и поверженно опустил голову.

– Когда?

– Сегодня ночью, – без колебаний ответила Этель. – Лучше не тянуть с этим всем. И так наломали дров.

Дарен покосился на настенные часы, пластик которых выцвел от времени и выглядел блекло-желтым.

– Еще нет девяти. Потратим время на подготовку?

Этель фыркнула и лениво отмахнулась. Не составило труда понять, что это значит. Какая подготовка?

Девушка вновь отвернулась к окну, но Дарен успел заметить, как по щекам Этель покатились новые слезы.

– Потратим это время так, будто другого больше не будет, – горько выдавила Этель.

Тонкая, как огонек свечи, она походила на затухающую искру в сгущающихся сумерках. Кухня погружалась во мрак, но ни Этель, ни Дарен не включали свет.

Дарена не отпускало волнение. Второй раз за день он, возможно, вновь стоял на пороге смерти.