— А ты… — снова начал Паша, но я его перебил:

— Подожди минутку.

Я снова посмотрел на Аду и Диму, которые продолжали следить за мной, и незаметно указал ей на Литову, а потом на глаза и рот и покрутил пальцем вокруг головы. Надеюсь, они поймут.

Ада нахмурилась, потом удивленно подняла брови и, отчетливо складывая губы, проговорила: «О Т В Л Е Ч Ь?»

Я кивнул. Ада осуждающе покачала головой, но потом кивнула тоже, толкнула Диму в бок локтем и что-то ему передала. Он секунду сидел, глядя на нее, а потом улыбнулся и громко, на весь зал, закричал:

— Анекдот!

В зале воцарилась тишина, даже Литова замерла. Студенты, которых не удалось заткнуть даже строгой преподавательнице, тоже замерли и стихли.

— Тэр Чуров? — подозрительно произнесла Литова, глядя на Диму. — Простите, что вы сказали?

Я не стал выяснять, что будет дальше. Я просто встал со своего места и быстрым шагом, но не бегом, чтобы не привлекать лишнего внимания, дошел до двери, за которой скрылись преподаватели.

— Я говорю «анекдот»… — донеслось мне в спину. — Заходят как-то нормик, маг и викс в бар…

Я юркнул в дверь, закрыл ее за собой и зашагал по узкому коридору. Мой путь лежал к двери напротив — она была приоткрыта, и через щель сочился яркий, явно искусственный свет.

— Что мы вообще знаем о магии? — продолжал разговор, начало которого я не слышал, директор школы. — Мы узнаем что-то новое каждую неделю, если не каждый день! Почему ты думаешь, что этого не может быть, Янус?

— Я не говорю, что этого не может быть! — скрипучим голосом ответил Янус. — Я говорю, что это выглядит крайне подозрительно!

— Вот-вот, и я… я о т-том! — поддержал его другой голос, уже не скрипучий, но заикающийся. — П-подозрительно!

— Особенно в свете того, что нам рассказал Скат. — снова вступил Янус. — Сам посуди, Родион — самая передовая метеостанция, которую проверяют перед каждым вылетом дирижабля, и вдруг стала показывать какую-то чушь? Из-за этого дирижабль попал в бурю, а спас всех снова этот молодой человек, который только что нарушил все известные нам принципы магии? Тебе не кажется, что это слишком много совпадений для одного человека?

— Раз в год, как известно, и палка стреляет, — спокойно ответил Виктор. — Все это могло быть простым совпадением? Могло. Поэтому обвинять невиновного человека на основании только домыслов и подозрений… Лично мне такая позиция кажется недостойной преподавателя Урмадана.

— Да мало ли что тебе кажется, Виктор! — снова проскрипел Янус. — Мы обсуждаем не твои личные хотелки, а будущее всего университета! Как на нас будут смотреть академии других стран, если мы примем в свои ряды какого-то проходимца, который каким-то образом обманул нашу систему поступления и проник сюда обманом!

Обманом?

Это уже перебор. Я понимаю, можно подозревать меня в чем угодно, и, честно говоря, вся эта история не выглядит правдоподобно, если смотреть на нее со стороны…

Но называть меня обманщиком⁈ Вместо того, чтобы поблагодарить за то, что я сделал, чтобы мы все долетели до Урмадана целыми и невредимыми!

— Это клевета! — возмутился Виктор. — Этому молодому человеку надо наоборот благодарность объявить, да перед всеми студентами! Если бы не он!..

Но я уже не слушал. Во мне поднялась волна гнева, и я дернул за собой приоткрытую дверь, распахивая ее и заходя внутрь.