— Тогда Прасолнце отключают? — спросила я.

— Небольшое пояснение — Прасолнце не отключают, просто ночью оно находится на другой стороне нашей планеты. Имей в виду, что будет видна луна. Ты боишься ее так же, как и Прасолнца?

— Не думаю, — ответила я. — Я бывала в парках ночью, когда мы проходили программу по лунам и звездам. Луны гораздо менее яркие, чем солнца. Во Внешке так же?

Лукас кивнул.

Я облизнула губы.

— Тогда начнем сегодня же.

— Не сегодня. Нельзя спешить.

— Нет, прямо сегодня, Лукас. Мы не знаем, когда цель предпримет следующий шаг… Я должна разобраться с этим до того, как потеряю самообладание.

Он вздохнул.

— Если ты настаиваешь.

Я почувствовала, как желудок сжался от напряжения. Сегодня я иду во Внешку!

Глава 26

Несколько часов спустя я стояла посреди поля боя. Мои доспехи покрылись грязью и кровью. Меня окружали мои измотанные воины.

— Что ж, снова ринемся, друзья, в пролом, иль трупами своих всю брешь завалим! — услышала я собственный явно мужской голос.

— Ты всегда играешь в книгарнях главную мужскую роль? — спросил Лукас.

Я и не заметила, как он вошел в комнату. Удивленно повернувшись, я увидела вопросительное выражение его лица.

— Книгарня, стоп!

Голографическое поле боя, измученные люди и моя фальшивая мужественность резко пропали — я стояла посреди неприметной комнаты.

— В этой сцене у книгарни нет женских ролей.

— Почему ты вообще просматриваешь исторические записи? — спросил Лукас. — Тебе положено отдыхать перед сегодняшним путешествием.

Я состроила рожицу.

— Я пыталась заснуть, но смогла. Все время тревожилась о выходе во Внешку, и попросила у книгарни что-нибудь, связанное с людьми из разных ульев, говорящими на разных языках. Она дала это, и я совершенно запуталась. Подходящая сцена была в самом конце, так что, я подумала проиграть что-нибудь более раннее — вдруг оно поможет понять, что происходит. Не помогло. Смотри, книгарня вновь показывает первое появление Екатерины.

Теперь я была женщиной и стояла посреди большой комнаты, где на стенах висели ковры. Книгарня нарядила меня в необычное длинное платье, а рядом возникла женщина постарше, похоже, моя телохранительница. Лукас автоматически получил роль Генриха, и мы стояли друг напротив друга, зачитывая древний диалог. Это была продвинутая модель книгарни, и ее голография прекрасно имитировала движения губ. Я продолжила сцену еще несколько минут и наконец сказала:

— Книгарня, пауза! Итак, что происходит? Екатерину передают из одного улья в другой?

Лукас-Генрих улыбнулся.

— Фактически да.

— Но ее импринтинг в новом улье провалился.

Его улыбка стала шире.

— Эта история написана до появления возможности импринтинга. Екатерина учит язык медленным способом.

— Я могу сделать то же самое, чтобы прочитать цель?

— Медленный способ исключительно долог. Занимает годы. Непрактично.

Я вздохнула.

— Непонятная книгарня. Улей Англия и улей Франция дерутся. Генрих — король Англии. Кто такой король?

— Лидер. Решения принимал человек, а не система. В этой книгарне Генрих решает начать войну с Францией, чтобы укрепить личную власть. Можешь представить, почему мы больше не позволяем людям принимать подобные решения.

— Тогда почему им передали Екатерину? Какой работы потребует от нее улей Англия?

Лукасу явно понравился этот вопрос.

— Ее работа — быть королевой улья Англии, спать с Генрихом и родить ребенка, который станет следующим правителем.