Рома Гарцев казался ей куда более перспективным. Мальчик из хорошей семьи, с очевидными карьерными устремлениями — Ирина не сомневалась, что с работой у него все будет в порядке. И главное, Рома выделял Ирину из всех, она ему явно очень нравилась. И когда однажды Ирина проговорилась о том, что для нее важнее всего в жизни — семья. Рома отнесся к этому с большим пониманием и сказал: "Правильно. Семья для человека — это самое главное".

Ивану же было все едино — все симпатичные девушки были ему одинаково интересны, а потом — одинаково безразличны. "Жениться? — говорил он. Ни-ког-да!"

Все изменилось во время их поездки в Болгарию. После второго курса они поехали туда собирать помидоры, якобы на заработки. Большинство из тех, кому удалось попасть в эту группу, нисколько не интересовались помидорами, но очень хотели за границу, даже "за такую простенькую".

Жили они в отвратительном бараке и весь месяц работали, как негры. Девушек в их передовом отряде было только пять, а таких, которые могли бы заинтересовать Ивана, — всего две. Уже к концу первой недели Ирина поняла, что настал ее черед.

"Отлично! — думала она. — Вот сейчас ты у меня и получишь!"

Однако по мере того, как круги вокруг нее сужались, решимость Ирины «врезать» Ивану ослабевала, и чем ближе подходил Иван, тем интересней ей становилось.

Рома с изумлением наблюдал, как Ирина принимает ухаживания Кусяшкина, и не скрывал своего неудовольствия. "Ничего, — думала Ирина, — я потом ему все объясню". Почему потом, а не сейчас? Рома играл важнейшую роль в ее сценарии: вся соль была в том, что Ивану выбирать было не из кого, а Ирина могла делать вид, что колеблется между Романом и Иваном, чтобы потом, под свист и улюлюканье, выбрать первого. Ей казалось, что Ивану будет от этого еще больнее: ему не просто отказали — ему предпочли другого. На тебе, получай!

Решительный час пробил за несколько дней до отъезда. Руководитель их группы — преподаватель линейной алгебры — уехал на сутки к своим приятелям в Софию, и Иван на правах бригадира их студенческого отряда немедленно оккупировал его комнатку — единственное помещение в лагере, рассчитанное на одного проживающего и прозванное студентами "одноместным номером". Ирина была приглашена на чай. К чаю была подана водка, привезенная с собой в качестве обменной валюты, но почему-то уцелевшая. "Специально берег для этого случая", сказал Иван. "Врет", — подумала Ирина, но от водки не отказалась.

Вечер прошел чудесно — они играли в карты, и Иван рассказывал, как они с Ромой ездили в Софию продавать электрочайники. Рассказывал очень смешно, Ирина просто умирала от смеха, когда он изображал торгующихся болгар. Потом в лагере началась дискотека, и музыку традиционно врубили на полную мощность, поэтому даже в "одноместном номере" и при закрытом окне разговаривать не было никакой возможности.