— Такой сожрет тебя и не заметит, — проговорил Верт.

— Чем это сожрет? — отозвался наставник. — Кажется, я зря назначил тебя десятником.

Приглядевшись, я заметил, что головы-то у соратника нет! Там, где полагалось быть крепким жвалам, антеннам, глазам и всему прочему, зияла дыра, из которой выпирали толстые и тонкие жгуты, а концы их были обернуты в белую ткань и густо вымазаны радужно переливающейся слизью.

Наставник Чомбал указал на крайнее тело безголового соратника и сказал, что этот боец предназначен ему, а остальные нам. Я содрогнулся. Мне еще не доводилось быть сращенным, хотя для многих миров нам накачивали мышцы или укрепляли кости. Судя по тому, как перекосился Болк, ему это тоже пришлось не по вкусу. Варсак немного побледнел, а Верт как ни в чем не бывало подошел к ближайшему бойцу и похлопал его по сегменту.

Со стороны чанов раздался предостерегающий крик, оттуда появились двое в желтых тогах ученых, один из них грозил пальцем.

— Вы что же это безобразничаете! — сердито заявил старый морщинистый пикт. — Сейчас позову наставника!

— Здесь я, досточтимый Бролл. — Наставник Чомбал уважительно сложил ладони. — Это молодые воины, необученные еще.

Досточтимый Бролл оглядел нас, хмыкнул и покачал головой.

— Где ты видишь молодых? — сварливо сказал он. — Скоро их внуки в дело пойдут! Ладно, готовьтесь, головы уже дозревают.

Он скрылся за чанами, а с нами остался второй ученый.

— Давайте скорее, нам сегодня еще три группы готовить! — И с этими словами пошел в дальний конец помещения.

Наставник сделал знак следовать за ним. На невысоком помосте стояли топчаны, а вокруг суетились ученые, натягивая на распорки длинные белые полосы ткани, похожей на щелк. Мы поднялись на помост. Наставник Чомбал коротко пояснил, что сейчас нас разместят в головах соратников. Это не настоящие соратники, добавил он, а выращенные для боя ларвы безмозглые. Нахмурившись, он прищурил глаза и сказал, что не уверен, есть ли мозги у нас, но если кто во время похода отстанет или не выполнит приказ, то он вышибет из него то, что он считает мозгами. На чей-то робкий вопрос, как мы будем общаться друг с другом, Чомбал усмехнулся и сказал, что глупцам вопросов задавать не положено, всему свое время.

Наставник обращался к гоплитам, а потом обернулся к нам и сказал, что все это относится и к оруженосцам. Мы повинуемся гоплитам, гоплиты десятнику, а десятник ему лично. Дело тоже нехитрое: выгрузиться в мире Кхаанабон, что на одном из наречий Зета означает Танцующее Облако, найти брошенную из-за поломки звездную машину и вернуть ее домой. Местные твари глупы, оружия не имеют, только прыгают по деревьям и тащат все, что плохо лежит. Тварями пренебречь, пока не досаждают. После сращивания все немного разминаются, чтобы привыкнуть к новым телам, и вперед!

На топчаны уложили трех гоплитов. Я заметил растерянный взгляд Варсака и ободряюще кивнул ему, но он только закусил губу и закрыл глаза. Пока их туго пеленали, словно младенцев, согнув ноги в коленях и чуть не прижав к ним голову, я припал к маленькому оконцу в стене. Отсюда можно было увидеть поле, где ровными рядами стояли звездные машины, а к ним тянулись темные шевелящиеся ленты. Нет, это были не ленты: широкая река вперемешку из людей и соратников растекалась ручейками и исчезала в черных треугольниках входных проемов. Вот грани одной машины на миг озарились бледным сиреневым светом. Значит, ходовая часть исчезла в нашем мире и возникла в такой невообразимой дали, что человеческий разум представить не может. Отец мой, правда, подвыпив однажды, уверял, что никто точно не знает на самом деле — далеко или, напротив, совсем близко находятся миры, в которые ведет нас мудрость менторов.