Вдовствующая королева Франции только что облагодетельствовала его высокой похвалой. Симон подумал, что надо бы покраснеть от удовольствия. Однако ее холодная улыбка, казалось, проникала внутрь, дробясь, как о камни, на мелкие льдинки. Он вздрогнул и был несказанно рад, когда магистр де Виз отстранил его, и он смог удалиться в свой угол.

– Если бы только ваше величество дали мне небольшую команду солдат, – попросил де Виз. – Я обязательно вернусь и сведу счеты с этим дьяволом графом. Тогда уж никакое кольцо не пригодилось бы госпоже Шене. Я мог бы продолжить суды за колдовство…

– Ваши суды над ведьмами меня не интересуют, де Виз.

– Но… но… – растерянно пробормотал магистр. – Когда вы первый раз вызывали меня во дворец, то говорили, что Господь наставил вас помогать мне в моем походе против ведьм.

– Боюсь, что Богу придется подождать, – сухо заметила королева.

Де Виз, потрясенный подобным богохульством, потерял дар речи. Симон раскрыл рот от изумления. На лице Екатерины мелькнула гримаса раздражения, но она быстро поправилась:

– Не поймите меня неправильно, месье. Я тоже хочу избавить Францию от ведьм. Но для безопасности моего королевства намного важнее, чтобы я сначала избавилась от других еретиков. Я посылала вас на остров Фэр не для того, чтобы устраивать широкие публичные зрелища сжигания ведьм. Я только хотела, чтобы вы припугнули госпожу Шене, и та выдала капитана Реми. Я должна заполучить голову этого человека, и побыстрее, прежде чем он найдет способ сорвать женитьбу моей дочери и короля Наварры.

– Здесь мне не все понятно, – с кислым видом прервал ее де Виз. – Почему такая великая католическая королева, как вы, стремится выдать нашу принцессу за еретика?

– У меня свои соображения. Дела государства вас не касаются. Ваше дело – уничтожить Реми и достать мне эти перчатки.

– Это меня тоже смущает. Что такого важного в этих перчатках?

– Потому что это мои перчатки, дурак. Только представьте, что эти ведьмы с острова Фэр могут натворить с имеющимся у них предметом моей одежды, какие темные чары они могут наслать на меня. Вы желаете быть в ответе за мою смерть, де Виз?

– Нет, конечно же, нет, ваше величество, но…

– Тогда делайте, что вам говорят. Возвращайтесь на остров Фэр, но на этот раз проявите больше здравого смысла и хитрости. Действуйте под покровом темноты и совершите налет на дом в Бель-Хейвен…

Де Виз взорвался от возмущения:

– Я отправляю свое правосудие открыто, чтобы все еретики и ведьмы могли видеть и дрожать от страха.

Королева презрительно усмехнулась:

– Не будьте таким дураком, де Виз. Если хотите служить мне, делайте, как я приказываю.

Магистр выпятил грудь.

– Я не служу ни одной женщине. Только Богу.

– Бог, возможно, вознаградит вас на небесах, а я способна сделать это здесь и сейчас.

– Меня не интересует накопление богатства.

– Я говорю не о богатстве, де Виз, а о ценности другого свойства. О власти. – Она шагнула к нему, но рассерженный магистр попытался отвернуться. – Взгляните на меня.

Он неохотно остановил свой взгляд на ней.

– Доставьте мне капитана Реми и перчатки. Сумеете – и я награжу вас сверх ваших самых необузданных фантазий. Сделаю вас своим Великим инквизитором, обладающим властью над всеми судами страны. Ваше имя будет занесено в анналы истории. Вы получите неограниченные возможности избавить Францию от всех еретиков и ведьм.

– До последней ведьмы, – проговорил де Виз. Симон боролся с почти неодолимым побуждением броситься к хозяину и разорвать этот странный контакт его немигающих глаз с глазами королевы.