– Немедленно возвращайтесь на остров Фэр и на этот раз не подведите меня. Я редко предоставляю вторую возможность.

– Да, ваше величество, – монотонно проговорил магистр.

Королева ушла. Шурша одеждами, проследовала мимо Симона, тот отпрянул назад. Ему бы ринуться вперед, открыть перед ней в поклоне дверь, но он был не в состоянии пошевелиться, пока она не исчезла. Тогда он обеспокоенно поспешил к хозяину.

– Господин?

Де Виз не отвечал. Симон потряс его за плечо. Тот заморгал, удивленно глядя на Симона и оглядывая пустую комнату.

– Королева?

– Она ушла, господин. И, слава богу, – не удержавшись, с жаром добавил Симон.

Хозяин ответил лишь довольной мечтательной улыбкой.

– Ты слышал, что она сказала, мой юный Симон? Мне предстоит стать большим человеком, Великим инквизитором всей Франции.

– Д-да, господин. Но я не уверен, что следует так уж верить обещаниям королевы.

– Что ты хочешь сказать?

– Ну, я… я… – Симон смущенно поежился под тяжелым взглядом хозяина. – В ней есть что-то странное. Ее взгляд, необычные вещи, которые ей известны о кольцах и прочем. Я подумал, может, она сама ведьма.

Де Виза, словно громом поразило.

– Ты не рехнулся, парень?

– Не один я так думаю, – оправдывался Симон. – Я слышал разговоры на улице. Слухи. Есть люди, которые называют ее Темной Королевой и колдуньей.

– Грязная ложь. К тому же глупая, поскольку касается женщины, которая была супругой великого католического монарха и племянницей папы. Помилуй бог, малый, – прорычал де Виз. – Думаешь, я не распознаю ведьму, если увижу?

– Н-нет, господин. То есть да, господин.

– В таком случае чтобы я никогда больше не слышал от тебя такой изменнической чепухи.

– Да, господин.

Симон низко наклонил голову, чтобы скрыть упрямо поджатые губы. Раньше магистр де Виз обвинил его в том, что его околдовала маленькая Мири Шене, но Симон опасался, что околдован именно хозяин: одурманен холодным повелительным взглядом Екатерины Медичи, заморочен ее льстивыми обещаниями.

Королева откинулась на подушки своей кареты, слегка прижимая к носу платок, словно после посещения жилища охотника на ведьм в носу остался дурной запах. Дом, как она знала, был куплен на деньги, оставшиеся от жертв. Обвинителям полагалась доля имущества осужденных – серьезный стимул для добропорядочных граждан обвинять соседей в колдовстве, а де Виз получал мзду гораздо больше других.

Однако магистр говорил правду, когда утверждал, что накопление богатства не является его главной целью. Богатство лишь давало ему возможность осуществлять крестовый поход против колдовства с одержимостью, в которой сливались воедино безумные религиозные фантазии, отвращение к женщинам и жажда власти. К счастью, в головы таких фанатиков всегда легко подпустить тумана.

Другое дело – этот мальчишка, Симон Аристид. Он видел мир с простотой и ясностью, часто свойственной наивной юности. Екатерину отчасти забавляла острая наблюдательность парня, но одновременно вызывала смутное беспокойство. Она смогла прочесть его мысли, узнать всю трогательную историю, как он в нежном возрасте одиннадцати лет потерял все, чем дорожил, как вся его деревня была уничтожена злодеянием какой-то старой карги.

У парня, конечно, была причина ненавидеть ведьм и стараться их уничтожить. Глядя в темные глаза Симона, Екатерина испытывала странное предчувствие, что если щенок де Виза получит возможность вырасти, то он может представлять угрозу даже ей.