Де Виз жадно согласился и, подняв бокал, предложил тост за победу единственной истинной веры.

– Улицы Парижа вымыты кровью еретиков, – торжествовал он. – Какое приятное зрелище для Божьих очей!

– Да, – сухо подтвердила Екатерина. – Уверена, что ангелы небесные рыдают от радости.

Де Виз, похоже, не заметил сквозившей в ее голосе иронии. Екатерина, прищурясь, следила, как он жадно осушал бокал.

Тот продолжал восторгаться:

– Эта великая победа открывает путь для ваших еще более великих дел, ваше величество, – истребления во Франции всех ведьм. Когда начнем суд над этим сатаной Ренаром и его колдуньей Шене?

– Никогда, – вяло ответила Екатерина.

– Что? – Де Виз, нахмурившись, поставил бокал на стол.

– Я освободила графа, – холодно сообщила она. – Он и Арианн скоро покинут Париж.

К лицу де Виза прихлынула кровь.

– Но… как же насчет нашего прекрасного плана? Нашей кампании избавления Франции от всех ведьм?

– Боюсь, что для меня это никогда не представляло большого интереса.

Де Виз издал подавленный звук, но он был скорее страдальческим, чем протестующим. Схватившись за горло, он судорожно ловил ртом воздух. Попытался подняться на ноги, но обмяк и свалился, опрокинув бокал с вином.

Екатерина обошла стол и встала над ним, бесстрастно наблюдая, как де Виз корчится в предсмертной агонии. В глазах, вылезших из орбит, стояли ужас и недоумение.

Наклонившись над ним, Екатерина тихо произнесла:

– Видите ли, месье де Виз, забыла вам сказать, но я тоже немножко ведьма.

Ей было забавно наблюдать, как на его лице мелькнуло выражение потрясения от осознания случившегося. Затем, издав мучительный вздох, он затих. На нее уставились незрячие глаза, из широко раскрытого рта сочилась струйка слюны.

Передернувшись от отвращения, Екатерина отошла. Подняла и поставила на стол упавший бокал. Один из ее сравнительно простых ядов подействовал быстро. Тратить что-либо более хитроумное на охотника на ведьм было бы расточительно.

Подойдя к двери покоев, Екатерина послала одного из пажей разыскать Бартоломея Вердуччи. Тощий седоволосый мужчина нашелся быстро, ему не терпелось скорее снискать милость Екатерины после оплошностей с капитаном Реми и пропавшими перчатками.

Кланяясь и расшаркиваясь, еле дыша, он спросил:

– Чем могу услужить вашему величеству?

– У меня в передней мертвый охотник на ведьм. Убери его, – монотонно произнесла Екатерина.

У Бартоломея глаза чуть не выскочили из орбит, но он постарался оправиться от потрясения.

– С-слушаюсь, ваше величество.

– И помалкивай об этом, – приказала Екатерина. – Подсунь месье де Виза к другим трупам, собранным для похорон. Одним больше, одним меньше… Мало кто заметит, да и сомневаюсь, чтобы по де Визу кто-нибудь скорбел или его вспомнил. Весь его орден охотников на ведьм уничтожен, за исключением того парня.

Парень…

Бартоломей двинулся выполнять приказание, но тут на ум Екатерины пришла озорная мысль. Пока не зная силы Арианн, она, хотя и осторожно, могла прибегнуть и к прямому, открытому нападению. Но можно использовать и обходные действия.

– Я тут подумала, Бартоломей, – остановила она слугу. – Пройдись по де Визу пару раз своей шпагой и верни тело магистру Аристиду. Скажи ему, что его хозяина убили граф де Ренар и Арианн Шене. Проследи за Арианн, после того как она освободит графа из Бастилии, и постарайся, чтобы юный Аристид знал, где их найти. Скажи ему, – ухмыльнулась Екатерина, – что Ренар – внук Мелюзины и что она – та ведьма, которая, вероятно, разрушила его деревню.