— Прежде сила, — промычал Аномиус, брызжа слюной. — Потом мыться. С ароматическими маслами и женщинами к моим услугам. Удобная постель и одежды, подобающие моему положению. Ведь я становлюсь влиятельным человеком в Кандахаре. Одним из вас!

Лица напротив приобрели обиженное выражение, но слов произнесено не было. Ликандер пообещал:

— Ты получишь все. Но прежде расскажи, кому и за что ты собираешься мстить.

Аномиус преломил хлеб, обмакнул его в подливу, громко рыгнул и налил вина.

— Я ищу двоих, — ледяным голосом начал он. — Наемника из Куан-на'Фора по имени Брахт и юношу из Лиссе по имени Каландрилл ден Каринф. Они были со мной, когда вы взяли меня в плен. Они шли в Гессиф. Так что отсюда они, скорее всего, отправились в Харасуль.

— Твои помощники? — поинтересовался Ликандер.

— Нет! — Аномиус покачал головой. — Подлые псы, коих я намерен предать смерти. Это они сдали меня вам.

— Тебя провели простые смертные? — пробормотал Ценобар, улыбаясь под ядовитым взглядом Аномиуса.

— Если они каким-то образом угрожают нашему союзу, мы этого не потерпим, — пригрозил Ликандер.

— К тому, что творится в Кандахаре, они не имеют никакого отношения, — заверил Аномиус. — Это касается только меня. Но откажете вы мне в этом, и никакого уговора не будет, и пусть Сафоман делает, что ему вздумается.

— Можем ли мы верить тебе? — засомневался Ликандер.

— Можете, — усмехнулся Аномиус. — Я открою свой разум, смотрите сами. Для тирана они не представляют никакой опасности.

Ликандер согласно опустил голову, и подбородок его растекся по груди.

— Какой помощи ты ждешь от нас? — поинтересовался он.

— Мне нужен свежий труп, — пояснил Аномиус, отталкивая пустой поднос и пододвигая к себе мясное ассорти. — Предпочтительно целый. Мужчины или женщины в расцвете лет. С крепким телом. Чтобы стать моим гончим псом.

— Зомби?!

Ценобар побледнел, Андрикус вскрикнул, а Рассуман наложил на себя знамение. Даже толстые губы Ликандера презрительно изогнулись.

— Я бы предпочел сам присутствовать при умерщвлении, — продолжал Аномиус, ничуть не смутившись. — А возможно, и сам совершить его. Но труп должен быть свежим.

— Если эти двое еще в Кандахаре, их можно найти, — возразил Ценобар. — Мы разошлем их описание ликторам и в легионы. Мы приведем их к тебе.

— А смогут ли ваши ликторы договориться с Сафоманом? — с издевкой спросил Аномиус. — И есть ли у ваших легионов глаза в Мхерут'йи, Мхазомуле, Кешам-Вадже? — Не получив ответа, он покачал головой, отталкивая салмагунди и приступая к фруктам. Он вел себя так, словно речь шла о какой-то безделице. — Нет, мне нужно собственное творение.

— Ты просишь помощи в богопротивном деле, грязнее коего нет ничего на свете! — воскликнул Ценобар. — Ликандер, этого нельзя допустить!

Толстый ведун ответил не сразу; он долго рассматривал Аномиуса с презрением и восхищением одновременно, словно перед ним восседало нечто немыслимое, приводившее его в трепет именно смелостью и чудовищностью своих намерений.

— Некромантия — самое низкое чародейство, — настаивал Ценобар. — Неужто опустимся мы до черной магии, дабы ублажить это животное?

— Так нуждаетесь вы в моей помощи или нет? — спросил Аномиус, глядя, не моргая, на Ликандера.