Пол заколебался, слыша эту детскую просьбу, исходящую из уст взрослого мужчины, но, посмотрев на Эмиаса, увидел не любимого сына и даже не юношу, ради которого он был готов на все, а просто эгоистичное дитя эгоистичной матери. В его светлой шевелюре ясно читались черты Анны Баттс, слабой, жадной и коварной, и его сердце окаменело. Он подумал: «Урсула, почему мы поженились не с тобой, почему не твой сын – наследник, и теперь ему всегда будут доставаться только остатки?»

– Нет, – отрезал Пол.

Однако не так-то легко было в одиночку сопротивляться праведному гневу Эмиаса – жалобы и ссоры повторялись ежедневно, и становилось все труднее отстаивать права незаконнорожденного сына, тем более что сам Адриан нисколько не помогал отцу – видя, что его защищает сам господин против своего законного сына, он стал наглеть по отношению к Эмиасу и слугам. Никто его не любил, слуги роптали, Эмиас бранился, даже девочки из детской сторонились его, когда семья собиралась у камина.

В конце концов, решение предложил дядюшка Ричард:

– Пусть он поживет у меня в Шоузе. Мэдж будет следить за ним, как мать, а я вышколю его, и мои слуги, люди закаленные, не позволят помыкать собой. Он научится управлять хозяйством, не строя иллюзий относительно своего положения, а когда научится вести себя, его можно использовать где-нибудь в семейном предприятии.

– Звучит вроде неплохо, – с сомнением протянул Пол.

– Пусть так и будет, – продолжил дядюшка Ричард. – Мне нужен еще один мужчина в доме, так как мои сын и внук в море, а ты не годишься в качестве его воспитателя, Пол. Твое отцовское чувство ослепляет тебя, и ты закрываешь глаза как на его недостатки, так и на достоинства, и на ложность его положения.

Дело было решено, и Адриан переехал в Шоуз. Эмиас победил, хотя он с горечью чувствовал, что это сражение было совершенно излишним. Пока он был занят всем этим, он совсем не интересовался придворными новостями и не знал о позоре, постигшем его друга Перси. Маргарет писала, что Перси и Анна открыто объявили о своей помолвке, и королеве пришлось пожаловаться королю на их поведение. Так как лицам, состоящим на королевской службе, запрещалось заключать какие-либо матримониальные соглашения без соизволения на то короля, то юную Анну Болейн с позором отослали в Ивер, а Гарри Перси был сурово отчитан своим господином, кардиналом. Когда тот начал протестовать, заявляя, что он обязан жениться, на Анне ради сохранения чести, то был призван его отец, и совместные угрозы сломили сопротивление юноши. Его тоже отослали домой, дожидаться свадьбы с Мэри Толбот.

Позор двоих ее друзей затронул Маргарет меньше, чем свадьба третьей подружки, Анны Дакр. Почти пятнадцатилетняя Маргарет отчаянно хотела замуж и умоляла брата замолвить за нее словечко перед отцом. Эмиас игнорировал ее просьбу – теперь он избегал, по возможности, разговоров с отцом и просто нетерпеливо ждал его кончины, чтобы захватить наследство. Отцу почти пятьдесят, думал Эмиас, и он явно не собирается жениться снова. Что толку в его жизни? Когда Пола не станет, он, Эмиас, сможет улучшить, модернизировать хозяйство, он-то покажет слугам, кто тут господин! Пол был просто неразумен в своей привязанности к такой никчемной жизни. Эмиас изложил свои взгляды в безопасной тишине семейной спальни беременной жене, которая лишь вполуха прислушивалась к его аргументам и бездумно соглашалась.

Когда настала пора сеять озимые и все были страшно заняты, в Морлэнд прискакал – на лошади, что было признаком крайней спешности! – дядюшка Ричард и отвел Пола в сторону для разговора.

– Я насчет Адриана, – начал он. Пол тревожно посмотрел на Ричарда – новости были явно плохие.

– Что случилось? Он заболел?

– Нет, не заболел, да этот парень вообще силен как д.