— В чем дело, Пол? — ее руки уже двигались по его телу. Байрон придвинулся ближе, зажимая худшие из ран.

— Ему нанесли несколько колотых ран, Антониетта. Он срочно нуждается в крови. Я могу помочь ему. Элеанор принесет все, что мне необходимо.

— Мне необходимо сказать тебе, Тони, — Пол вцепился в руку Антониетты.

— Не разговаривай, пока мы не возьмем это кровотечение под контроль.

— Слишком поздно, и ты это знаешь. Ты всегда знаешь. Это важно.

— Заткнись, Пол, — прошипела Антониетта. — Я не шучу. Ты не умрешь у меня на руках. Байрон, делай то, что должен.

— Я должен дать ему кровь, Антониетта, — Байрон махнул рукой во все еще сопротивляющегося Пола, продолжая зажимать его раны. — Если я сделаю это, мы будем связаны на все времена. Ты понимаешь?

— Я хочу, чтобы ты спас его. Меня не волнует, как ты это сделаешь, просто сделай, — Антониетта пригладила волосы Пола. — Я люблю его, словно он мой родной брат.

— Ты не должна больше ничего говорить, Спутница жизни. Запри дверь. Никто не должен войти в эту комнату. Посади Кельта на страже. Затем приоткрой окно на пару дюймов.

— Твоя сестра…

— Сама найдет способ войти. Она скоро будет здесь. Садись рядом с Полом и слушай мой голос. Я хочу, чтобы ты присоединилась ко мне. Ты сильный целитель.

Антониетта ничего не поняла, но в его голосе слышалась настойчивость. Она доверяла Байрону как, возможно, никому другому. Поэтому заперла дверь, отдала приказ Кельту и послушно открыла окно.

Практически сразу же Байрон увидел дымку, просачивающуюся в щель.

— Элеанор. Хорошая девочка. Становись с другой стороны. Посмотри, сможешь ли закрыть раны. Антониетта, я собираюсь положить твои руки на него, и ты должна будешь с силой нажать. Мои руки должны оставаться свободными, — он направил ее ладони на живот Пола.

Антониетта ощутила тепло крови. Вдохнула странный успокаивающий аромат. Она знала, что Элеанор была рядом с ней. Но это не имело для нее значения, как и то, каким образом она смогла попасть сквозь запертую дверь, и почему Байрон был уверен, что она сможет помочь, главным для нее было спасти Пола. Она слилась с Байроном, решительно настроенная следовать всем его движениям.

Байрон отделился от своего собственного тела. Она могла ощущать, как его дух свободно парит. Его энергия, раскаленная добела и сияющая, направилась к Полу. Было довольно странно чувствовать, каким маленьким, сжавшимся и уставшим был Пол. Он удалялся от них, его энергия была пугающе тусклой. От понимания того, что ее кузен умирает, сердце Антониетты громко заколотилось. Но она заставила себя оставаться неподвижной и спокойной, доверяя Байрону. Она ощущала решительность, даже уверенность.

Голоса начали что-то напевать на древнем языке. Слова казались ей знакомыми. Когда она поняла, что сможет правильно произносить их, Антониетта присоединила свой голос к остальным. И все это время она сосредотачивалась на передаче Байрону своей силы. То, что он делал, требовало полной отдачи, как физически, так и ментально. Он дотошно начал закрывать раны изнутри, обращая пристальное внимание на детали, удаляя из глубоких ран бактерии, чтобы предотвратить инфекцию.

Антониетта почувствовала присутствие женщины, присоединившейся к ним, работающей вместе с Байроном, в то время как все они напевали. Потом еще один присоединился к ним, Влад, сильный и уверенный, обеспечивающий постоянный приток энергии тем двум, которые трудились над Полом. Когда Байрон вынырнул, рядом с ним осталась Элеанор, Антониетта же воспользовалась возможностью сполоснуть руки в ванной комнате Пола, поскольку чувствовала себя слегка больной от наличия на них такого количества крови своего кузена.