— Ты поедешь вместе со мной к маяку?

— Папа! — Лэйси насупилась, словно собиралась заплакать. — Пожалуйста, не начинай снова.

— Я давно там не был, Лэйси.

Знаю. Но почему надо гуда ехать именно сегодня? — Она и в самом деле расплакалась, подтянула колени к груди, поставила босые ноги на краешек стула. Апельсин скатился со стола, но Лэйси не обратила на это внимания. — Я не понимаю, что случилось. Я встала утром, и вдруг оказалось, что все по-прежнему.

— Что ты имеешь в виду?

Лэйси глазами указала на чемоданчик с инструментами у двери.

— Зачем это здесь?

— Я собирался завезти его Оливии.

— Она может приходить к нам и работать здесь. Алек покачал головой.

— Оливия не может больше приходить к нам, Лэйси. Она должна проводить время со своей семьей, а не с нами.

— У нее нет никакой семьи.

— У Оливии есть муж.

— Козел! — презрительно фыркнула Лэйси. Алек пожал плечами.

— Что бы ты о нем ни думала, Пол остается ее мужем.

— Мне казалось, она тебе нравится.

— Оливия мне и в самом деле нравится, но она замужем. И потом, мама оставила нас совсем недавно!

— Но она умерла! — Лэйси исподлобья посмотрела на отца. — Ее сожгли, пепел развеяли, на ужин акулам. Теперь она всего лишь акулье дерьмо, папа.

Если б Алек сидел ближе, он бы ударил Лэйси. Но их разделял стол. Лэйси густо покраснела. Она сама испугалась своих слов.

— Прости меня, — сказала девочка очень тихо, не смея поднять на него глаза. — Прости, что я так сказала, папочка.

— Анни была удивительным человеком, Лэйси, — мягко сказал Алек. — Ее никто не сможет заменить.

Лэйси помолчала, чертя невидимые линии на столе, потом спросила:

— А я могу звонить Оливии?

— Детка, — Алек отложил фотографию в сторону, — ты вовремя приходишь вечером, так что я не вижу особого смысла в том, чтобы беспокоить Оливию каждую ночь.

— Но когда же я смогу с ней поговорить?

Лэйси выглядела, как беспризорный ребенок со своими черно-рыжими волосами, покрасневшим носом и большими печальными синими глазами.

— Мне жаль, Лэйси, я как-то все забросил, и ты пострадала больше всего. Почему бы тебе не позвонить Оливии… Нет, не сегодня. Сегодня ей предстоит важный разговор.

Скажем, через несколько дней, и вы сможете договориться, когда и где вы будете общаться. Ты можешь с ней разговаривать, если Оливия не будет против, но я с ней больше встречаться не собираюсь.

— Алек О'Нил оставил это для тебя.

— Спасибо, Кэти, — кивнула Оливия.

— И к нам везут пациента с переломом.

— Буду готова через минуту.

Как только Кэти вышла, Оливия отложила персик, открыла чемоданчик. Инструменты были разложены по местам, как она и оставила их в последний раз. В одном из отделений лежал конверт, на котором было написано ее имя. Внутри она нашла записку от Алека.

С любовью, Алек».

49

Мэри только что закончила разгадывать кроссворд, подняла голову и увидела девочку, стоявшую на тротуаре перед домом престарелых. Она прикрывала от солнца глаза и смотрела, как показалось Мэри, прямо на нее. Девочка пошла по дорожке к крыльцу, и Мэри бросила на пол сложенную газету.

— Вы миссис Пур? — спросила девочка, остановившись у ступеней. У нее были такие странные волосы, рыжие у корней и черные на концах.