— Будьте готовы, — обратился он к своим соседям. Баден не мог доверять им. Знал, что они бросят его не задумываясь, если представится возможность. — Если хотите, чтобы Повелители использовали четыре артефакта, чтобы найти и спасти вас, вы поможете выбраться мне из этой клетки.

Петли заскрипели, когда демоны вошли к ним внутрь.

— Давай посмотрим, что ты можешь, — бросил один из них.

Да. Давай.

Камео опиралась на спинку кровати. Друзья посещали ее в течение нескольких дней, приветствуя дома, проверяя.

Торин сидел на стуле, который подтащил ближе, но все же в отдалении. Она так сильно хотела свернуться калачиком на его коленях, почувствовать тепло и уют его рук, но не смела. Никогда бы не посмела, ни по какой причине. В своей несчастной жизни, прикосновение и связь с другими — все, что у нее было. Камео не могла отказаться от них, не став носителем болезни. Ни ради какого-либо мужчины, даже этого.

Кроме того, в комнате была незнакомка. Красивая блондинка, которая прислонилась к закрытой двери, сложила руки и наблюдала за всем умными глазами цвета утреннего неба.

Она надела черное платье с короткими ажурными рукавами, которые свешивались с плеч. Верхняя часть с низким вырезом подчеркивала ее изгибы, на талии платье было просвечивающим… абсолютно прозрачным. Оборки на юбке шли до колен и затем начиналась пышная тюль. Она выглядела могущественной, ровно, как и опасной.

Между Торином и женщиной чувствовалось странное напряжение. Такое, что все трещало, заставляя кожу Камео зудеть от… чего-то.

Нет. Кого-то.

«Почему я не могу забыть Лазаря? Он лжец. Мошенник. Но также очаровательный. Соблазнительный. Видимо, я не просто Несчастье. Я Глупость».

— Я бы хотела остаться наедине со своим другом, — обратилась Камео к девушке. Если века войн не научили ее относиться с подозрением к незнакомцам, то у великолепного мужчины, который грозил ей рабством, несомненно получилось.

Торин покачал головой.

— Прости, Кам, но Кили останется со мной. В любом случае.

Такой собственнический тон. Она никогда не слышала его прежде.

Понимание поразило ее и поразило сильно, что Камео ахнула.

— Вы двое вместе.

Он холодно кивнул. Его плечи распрямились, будто Торин готовился к удару. Будто Камео накричала бы на него, сказала, как он ошибся в отношениях.

Девушка… Кили… оставила свой пост и опустилась на колени к Торину с грацией балерины, именно так как хотела сделать Камео. Он не оттолкнул ее, как сделал бы с Камео, но убедился, что его кожа полностью закрыта, прежде чем притянуть девушку к себе.

Если бы Камео стояла, то от удивления рухнула бы на колени.

— Но… это…

— Мы самая симпатичная пара какую ты когда-либо видела. Мы знаем. Можешь продолжать. — Кили махнула рукой, от жеста несло королевскими замашками.

Камео чуть не рявкнула: «Сначала он был мои парнем, женщина». Но как-то сдержалась. Торин и Камео глубоко любили друг друга… просто не таким способом, каким предполагалось у возлюбленных. Не так.

— У нее иммунитет? — спросила Камео, так сильно желая порадоваться за него.

Ненавижу своего демона.

Торин покачал головой, знакомое чувство вины исказило его черты лица.

— Нет.

— Но он дарит мне несравненное удовольствие, какое не испытывала ни одна женщина, — сказал Кили, ее гордость очевидна.

Глаза Камео расширились.

— Ты все же прикасался к ее коже своей?

— Да.