Меня ловили дважды. Я знаю свои способности и шансы сбежать. С каждым разом я становлюсь лучше, умнее. Но умнее становятся и власти, и с каждым разом сбежать становиться сложнее.

Конечно, на данный момент второй исход кажется все более вероятным.

Смерть придет за всеми. Мы рождаемся с осознанием того, что наша жизнь закончится. Это неизбежное следствие жизни. Никто не сможет обмануть Старуху с Косой. Но, несмотря на присущий мне эгоизм, я боюсь не за свою жизнь.

Страх перед смертью Лондон пронзает мою черную душу.

Когда придет время, когда мир обернется против нас и не будет другого выхода, я пожертвую собой ради нее. Умереть за Лондон — это конец, с которым я могу смириться. Даже если я знаю, что она сама может стать причиной моей смерти.

Сладкая, сладкая смерть, последний поцелуй возлюбленной.

Однако это будущее, которое еще не наступило. Наше время не бесконечно…

Но конец еще не наступил.

Сейчас, в данный момент, я наслаждаюсь ее разрушительной красотой. Я поклоняюсь ей как божеству. Блестящий ум и честный взгляд на этот мрачный мир соблазняют меня, как ничто другое. Прямо как сейчас, когда я наблюдаю, как Лондон танцует вокруг жертвы, шепча ему на ухо ужасающие подробности, во мне внезапно просыпается отчаянный и порочный голод, который только она в силах утолить.

Соблазнительный ритм музыки наполняет комнату, а вид покачивающихся бедер зажигает каждую клеточку моего тела. Мрачный балет, предназначенный только для меня и исполненный моей богиней.

Я нахожусь под ее чарами, совершенно очарованный, как и тот ублюдок в комнате. Затем, резко меняясь, она становится воплощением гнева, несущей возмездие. Она управляет пациентом с помощью слов, но со мной говорит каждым многозначительным взглядом. Она подводит его к грани смерти, а затем вырывает из ее объятий. Снова и снова она причиняет боль, словно ударом кнута.

По ее команде его накрывает физическая агония, и его разум ломается. Я наблюдаю, как он безрезультатно борется, пока его тело не сдается, в то время как Лондон упивается его страданиями.

Привлеченная к зеркалу, она смотрит сквозь отражающее стекло, словно может заглянуть прямо мне в глаза. Я вижу огонь, горящий внутри. Ее возбуждение осязаемо, вибрирующая атмосфера в комнате соответствует ее рваному дыханию.

Мои бедра дергаются вперед, а попытке потереться о джинсы, пока я мечтаю о том, чтобы погрузиться глубоко в нее.

Словно прочитав мои мысли, она тянет облегающую юбку вверх и скользит пальцами между бедер, прикасаясь к себе, заставляя меня поддаться вперед. Я встаю и упираюсь предплечьем в верхнюю часть зеркала, чтобы не потерять равновесие, член твердеет и упирается в молнию. Так больно и так чертовски приятно. Моя желание — опасная вещь.

Есть тонкая грань между любовью и одержимостью. И то, и другое доведет вас до крайности. И то, и другое легко заставит вас шагнуть за край. Для меня любовь и безумие это одно и то же. Лондон — мой собственный вид безумия. И я теряюсь в психозе Лондон, становясь ее добровольной жертвой.

Она садится в белое кресло и поворачивается лицом ко мне. Гладкие волосы ниспадают на плечи, золотые глаза смотрят прямо на меня, как нацеленное смертоносное оружие. Ее рубашка расстёгнута, обнажая кружевное белье под ней — она дразнит меня.

Я нетерпеливо касаюсь проволоки, обхватывающей запястье, порочная потребность пульсирует синхронно с манящим ритмом музыки. Пульс гипнотически стучит в венах, словно барабан, проволока становится тугой, сопротивляясь напору крови.

Лондон подзывает меня медленным движением пальца, маня забрать то, что принадлежит мне.

И я подчиняюсь. Беспрекословно.

Я отодвигаю панель в сторону, и ритм стаккато ударяет меня в грудь, вибрирующий рикошет гуляет по комнате. Это похоже на ту ночь, когда я впервые увидел ее после долгой разлуки. Она вошла в клуб в светлом парике и облегающей юбке, и я оказался в огне.