– И как долго ты подслушивал тут?

– Разумеется, я последовал за тобой сразу, когда ты испарилась из бальной залы. Ведь у меня свой интерес в исходе этой беседы.

– Вот как? И какое же тебе дело до того, выйду ли я замуж за Уильяма?

– Но ведь тогда ты не смогла бы выйти за меня.

Тереза затянулась так сильно, что закашлялась, поперхнувшись дымом.

А Дункан - о, этот человек никогда не научится вести себя как джентльмен - не нашел ничего лучше, как хлопнуть ее по спине.

– Дай-ка мне это, - он вырвал сигару из рук леди Маршан и зашвырнул ее подальше в кусты. Затем, сжав плечи Терезы, грубо и сильно поцеловал ее в губы.

Она оттолкнула его и залепила звонкую пощечину. Боже, как она ненавидела этого человека!

Тереза замахнулась для следующего удара, но Дункан перехватил ее руку.

– А вот это было ошибкой, дорогая моя.

Обвив рукой талию Терезы, он рывком привлек ее к себе, запрокинул назад ее голову и снова впился ей в губы долгим, страстным поцелуем.

Тереза пыталась сопротивляться, но язык его властно проникал к ней в рот. Отпустив руку, которой Тереза пыталась замахнуться, Дункан гладил ее по спине. Чтобы не потерять равновесие, Терезе пришлось схватить его за плечи. Перила веранды впивались ей в бедра. Как ей хотелось бы сейчас потерять сознание и не чувствовать ничего - ни гнева, ни унижения.

Но она не могла не чувствовать страсти, которая поднималась из глубин ее существа в ответ на то немыслимое, что проделывал с нею Дункан. Это не вписывалось ни в какие рамки. Это было то, о чем мечтает каждая женщина. И это происходило с ней. Закрыв глаза, Тереза отдавалась во власть новых для нее ощущений. Теперь ей хотелось прижаться к Дункану как можно крепче, двигаться в такт его движениям. Но руки Дункана продолжали крепко держать ее, прижимая к перилам. Когда он прервал поцелуй, чтобы перевести дыхание, здравый смысл чуть было не напомнил о себе. Но Дункан снова целовал ее - ее подбородок, висок, глаза, затем он легонько укусил Терезу за мочку уха.

– Мне больно! - воскликнула она.

Дункан лишь усмехнулся в ответ.

– Моя дорогая, - прошептал он. - Ты даже не представляешь, что тебе нравится на самом деле.

И он снова укусил ее.

– Боже, Дункан! - Тереза впилась в его волосы, желая тоже сделать ему больно.

Но Дункан, казалось, и не заметил этого. Он продолжал целовать ее за ухом, ее шею, ее плечи.

Тереза услышала откуда-то издалека собственный стон. Она, словно сумасшедшая, не способна была сдерживать охватившие ее чувства.

Дункан целовал и целовал ее, будто пробовал на вкус и никак не мог насытиться.

Открыв глаза, Тереза посмотрела на звезды в черном небе. И ей захотелось вдруг, чтобы руки его сжали ее груди, чтобы голова оказалась между ее бедер… Черт побери, как она хотела этого мерзавца!

Дункан снова целовал ее в губы, и она радовалась каждому движению его языка, отвечала на его поцелуй, как не отвечала еще никому на свете. Никогда еще все ее тело не горело такой страстью в ответ на поцелуи, никогда еще она не хотела с такой силой мужчину, который держал ее в своих объятиях.

Когда поцелуй наконец закончился, Тереза, обессилевшая, провела пальцами по волосам Дункана и хрипло произнесла:

– Я жду тебя в своей спальне.

– Да, дорогая, - прошептал Дункан. - Но позже.

Тереза не верила своим ушам. Растерянно моргая, она пыталась понять, что это такое он говорит ей.

– То есть… как это… позже?

– Милая моя, ведь ты сама только что отправила Уильяма навстречу его любви. Он - хозяин этого праздника. А ты - хозяйка. Значит, теперь тебе придется развлекать гостей.

Тереза отказывалась верить услышанному.