– Неужели ты не понимаешь? Ты обнаружил меня живым, и твой долг сделать так, чтобы меня доставили обратно в темницу! В любом случае, где твой Мастер? Я подумал, что Рандел Стоун будет несказанно рад снова заковать меня в кандалы!

Улыбка Эрнера поблёкла.

– Мой долг… да. Возможно, так и есть. Я так рад вновь видеть тебя, что даже и не подумал об этом. Но Патч, пожалуйста… Я не скажу ни единой живой душе, даже Магистру. Оставайся здесь как Генри Смит и будешь в безопасности. Никто не узнает!

Рен кашлянула.

«Брат Тобиас уже знает», – заметила она.

– Ох… да… – Эрнер поморщился. – Брат Тобиас. Прости. Когда он сказал, что ты здесь, Рен, я, кажется, всё ему разболтал. Но больше никому не скажу!

– Я знаю, ты не хотел навредить, – сказал Патч, всё ещё нервно поглядывая на дверь, – но Магистр Стоун никогда не будет ко мне снисходителен. В любом случае, где он?

– И что за серьёзная ситуация, о которой нам сказали? – спросила Рен. – Или это была просто уловка, чтобы привести сюда Патча?

Эрнер мрачно покачал головой.

– Никакой уловки, – сказал он, – но всё довольно запутанно. – Юноша подошёл к двери. – Пойдёмте за мной, я всё объясню.

Эрнер провёл их через основное помещение госпиталя. Двадцать простых кроватей стояли в длинном зале, на каждой кто-то лежал: мужчины и женщины, молодые и старые, за которыми ухаживали трое монахов.

В дальней части зала был отгорожен угол, Патч услышал, как оттуда доносятся звуки Флейты. Они подошли к занавеске, Эрнер отогнул её. У стены стояла кровать, на краю которой сидел брат Тобиас и играл на Флейте.

Патч слушал, поражённый сложностью Песни, которую играл брат Тобиас – Песни Исцеления, настолько замысловатой, что он и мечтать не мог когда-либо её выучить.

– Ого! – восхитился он.

Эрнер кивнул.

– Впечатляет, правда? Брат Тобиас был Флейтистом до тех пор, как принял священные обеты. Он мог бы неплохо зарабатывать, но предпочёл жить в аббатстве и помогать людям задаром.

Патч впервые взглянул на пациента, лежащего на кровати, и чуть не подпрыгнул на месте. Это был Рандел Стоун, глаза его были закрыты, кожа настолько побледнела, что казалась почти белой.

– Что с ним случилось? – спросил Патч.

– Нас вызвали в деревню Ярмингли, – ответил Эрнер, – там умер человек, который был близким другом Магистра. Его несколько раз очень сильно ударили по затылку чем-то тяжёлым. Мы провели там всего пару минут, когда Магистр вдруг вскрикнул и упал. Уже теряя сознание, он велел мне доставить его сюда. Мне пришлось часто останавливаться и играть Песни Исцеления, чтобы поддерживать в нём жизнь. Брат Тобиас и монахи заботятся о нём с первой же минуты, как только мы появились здесь, но он до сих пор не пришёл в себя, а причина его состояния так и остаётся загадкой.

Брат Тобиас перестал играть и подозвал их кивком.

– Скорее, Эрнер! Он приходит в себя!

Эрнер поспешил к кровати, Патч дёрнулся было следом, но Рен на его плече запищала.

– Тебе следует держаться подальше, – сказала она, – не надо, чтобы Стоун видел тебя!

Стоун застонал и открыл глаза.

– Магистр! – воскликнул Эрнер. – Это я, Подмастерье Витлок! Что с вами случилось?

Стоун схватил Эрнера за руку.

– Энигма эникатус! – с трудом выдохнул он. – Смертельная головоломка. Кубик, Эрнер. Металлический.