В Мексиканском заливе стало жарко, а воздух был пропитан влагой. Когда быстроходный клипер высадил пассажиров неподалеку от Матамороса, Франческе казалось, что ее одежда тоже пропиталась этой ужасной сыростью. Они остановились здесь, так как ей все же удалось уговорить Стива сделать небольшое турне по Мексике.

— Я ведь предупреждал тебя, дорогая, — усмехнулся Стив, наблюдая, как она задыхается от жары. — До поместья моего друга близ Монтеррея очень нелегкий путь. Не хочешь ли вернуться и отправиться в Новый Орлеан? Это путешествие очень утомит тебя.

— Ничего, — храбро ответила Франческа. — Я уже привыкла к жаре. И Констанца тоже. Все будет хорошо, если ты сможешь погрузить в кареты мою поклажу.

Мистер Филдз вышел в Новом Орлеане, чтобы подготовить все к ее выступлению в этом городе. Франческа обрадовалась, поскольку не желала слушать его постоянных жалоб на жару и отсутствие комфорта. Но сама она решила доказать Стиву, что выдержит любые неудобства. — Так это и есть твоя страна, Стефано? Неужели вся Мексика похожа на этот городок?

— Матаморос, — объяснял он ей, — находится слишком близко от границы, а потому не типичен для Мексики. Вот я и подумал, дорогая, что тебе не захочется задерживаться здесь надолго.

Когда Стив надел грубую ковбойскую одежду и прицепил к ремню кобуру с револьвером, он показался Франческе чужим, и она пожалела, что уговорила его отправиться сюда. Они устроились в лучшей гостинице, какая только была в этом захудалом городке. Однако первый же день Стив провел с неким капитаном Альтамонте, которого они неожиданно встретили на улице. Этого постоянно ухмыляющегося человека Стив называл своим старым другом.

Он ушел с этим капитаном на следующее же утро, а вернулся лишь после обеда, и Франческа сразу поняла, что он чем-то расстроен.

— Я был по ту сторону границы, в Браунсвилле, — объяснил он Франческе, предупреждая ее расспросы. — Мне нужно было кое-кого повидать. Я жалею о том, что согласился привезти тебя сюда. Это непростительное легкомыслие. Мне следовало прежде навести справки. Оказывается, здесь свирепствует тиф.

Франческа нежно прижалась к нему, но он резко оттолкнул ее:

— Ради Бога, Франческа! Держись подальше от меня, пока я не приму ванну и не сменю одежду.

— Но ты… мы не уедем отсюда сейчас? Мы ведь только что приехали! Можно отправиться в другое место, не так ли?

— Черт возьми! Мы, конечно, уберемся отсюда как можно скорее, как только служанка упакует твои вещи! Мы должны покинуть этот город до захода солнца.

Глава 39

Вирджиния Морган вернулась в Париж из путешествия по Испании и застала мачеху очень подавленной.

Джинни выглядела усталой и бледной и, едва вошла в комнату, сразу же уселась на стул, не сняв даже дорожной одежды.

— Значит, ты все-таки вернулась? А где же твой красавец матадор? Я думала, ты привезешь его с собой, — язвительно заметила Соня.

Джинни молча сняла с себя шляпку и, небрежно бросив ее на стул, еще плотнее укуталась в пальто, словно стараясь согреться.

— Он решил остаться в Мадриде, — тихо сказала она. — И не смотри на меня так, Соня! В том, что он предложил мне поехать с ним в Испанию, нет ничего плохого. Кстати сказать, он вел себя как джентльмен… только один раз… впрочем, я тут же поставила его на место. — Зеленые глаза Джинни уставились на Соню, которая перед ее появлением отвечала на письмо мужа. — Для меня есть какие-нибудь новости? На мое имя приходили письма?

— Твои друзья постоянно спрашивали, когда ты вернешься, — ответила Соня.