Джинни снова посмотрела на газетные вырезки. Вдруг она заметила описание прощального вечера в честь синьорины ди Паоли на борту клипера «Леди Франческа». «Значит, все это правда», — подумала Джинни. Она быстро пробежала глазами очерк. «Это все правда, чистая правда», — повторяла она про себя. Сейчас она думала только о предательстве мужа.

Затем она посмотрела на фотографию. Стив стоял рядом с красивой женщиной, обнимая ее за талию и весело улыбаясь. Итальянка держала Стива за руку, как будто он принадлежал только ей. Неужели она так уверена в нем, эта ди Паоли? А он? Он предоставил в ее распоряжение огромное судно, да еще и назвал его ее именем. Более того, он решил отправиться с ней в Техас! Почему он открыто демонстрирует свою связь с этой певичкой? А может, это не просто временная связь, а нечто большее? Неужели Стив влюблен в эту женщину?

— Джинни! Что же ты собираешься делать? Каковы твои планы на будущее?

Джинни повернулась к Соне так резко, что ее пальто распахнулось и Соня обомлела от изумления…

Наступила мертвая тишина. Придя в себя, Соня вскрикнула от отчаяния. Джинни вскинула голову, уже не пытаясь закрывать живот.

— Да! — закричала она. — Незачем спрашивать меня о том, что ты уже знаешь. Не стану скрывать от тебя, что я, увы, беременна.

Соня мертвенно побледнела; язык не слушался ее. Она была потрясена этим открытием.

— Успокойся, — сказала Джинни, ломая пальцы и пытаясь объяснить Соне то, что произошло. — Все эти годы, — говорила она, — я постоянно консультировалась у специалистов, желая выяснить, бесплодна ли я. Разве ты не знала об этом? И вот, наконец это произошло, но в такое неподходящее время!

— О Джинни! — еле вымолвила Соня. Казалось, она вот-вот потеряет сознание. Но это не удержало Джинни от горьких упреков.

— «О Джинни!» — это все, что ты можешь сказать? Я думала, что ты разразишься тирадой о заслуженном наказании за грехи. Будь я смелее и решительнее, ты никогда не узнала бы об этом. Не думай, что все это время я провела в Испании. Я ездила в Швейцарию, так как мне сказали, что там есть какой-то знаменитый доктор, который… Но я не смогла сделать это! Он… Он уже начал шевелиться. Я испробовала все: тугие корсеты, бешеные скачки на лошади, даже танцы, которые тебе так не нравились. Но, как видишь, ничто не помогло. Скоро меня разнесет. А тут еще все это! Что, по-твоему, я должна теперь делать?

— Если бы ты сказала мне об этом раньше! Хоть бы намекнула! О Господи! — Соня вскочила на ноги. Ей хотелось броситься к Джинни и крепко обнять ее, но здравый смысл подсказывал ей, что следует держать себя в руках и сохранять спокойствие.

— А зачем, по-твоему, я переехала в отдельные апартаменты? Я просто не хотела, чтобы ты догадалась обо всем! Меня никогда не тошнило, только порой я слишком много ела. Особенно после возвращения из России. Но граф Черников еще там сказал мне, что со мной… со мной что-то не в порядке.

— Что же нам делать? — озабоченно спросила Соня. — Джинни, должен же быть какой-нибудь выход… Пока еще никто об этом не знает… Ты уже… — Она прикусила губу, помолчала, но потом спросила: — Ты уже сказала отцу о том, что у тебя будет ребенок? Возможно, он… Если ты собираешься разводиться с мужем, возможно, он…

Услышав эти слова, Джинни разразилась истерическим смехом, который внезапно сменился горькими рыданиями.