Изменить размер шрифта - +
– Знаете, Рэйчел, я мог бы написать книгу обо всех этих безумных историях, которые слышу от клиентов, пытающихся объяснить, почему они нарушили закон. Обычно я говорю им, чтобы они заткнулись, иначе у них будут еще большие неприятности. Терри был другим. Он не дал мне ничего, с чем можно было бы работать. Ничего. Это был тот редкий случай, когда разговор клиента мог бы помочь его делу.

– В итоге он отсидел шесть лет за преступление, за которое должны были дать не больше двух, – заметила Рэйчел.

– Шесть лет, которые могли бы быть условным приговором, – поправил ее Дервент. – Для правоохранительных органов все получилось как нельзя лучше. Чего не скажешь о Терри.

Дервент в недоумении покачал головой.

– Вы предполагаете, что копы все подстроили? Что они подговорили заключенного напасть на него, чтобы Бейли ударил в ответ и заработал обвинение в нападении, которое увеличило бы срок его заключения?

– Такое периодически случается, – сказал Дервент. – Вероятно, они решили, что делают нам всем одолжение, держа убийцу за решеткой.

Глава 24

Томас Маккой нетерпеливо завел мотор, ожидая у ряда потрепанных пальм возле входа в дешевую квартиру, популярную среди отдыхающих студентов. Он ждал своих клиентов уже не меньше пяти минут. Ожидание стоило ему денег.

В приложении такси появлялись запросы на бронирование. Были более выгодные тарифы. Были другие поездки, на которые он мог бы подписаться, а он все еще ждал, пока избалованные детишки из колледжа тянут резину. Он снова позвонил по номеру телефона.

– Это ваш водитель. В чем дело?

– Мы спускаемся.

Он забыл повесить трубку. На другом конце он слышал, как закрылась дверь и щелкнул замок. Смех и девичьи голоса, пытавшиеся перекричать друг друга, эхом разлетались по сторонам. Лифт пикнул прежде, чем Томас положил трубку.

В ожидании он просматривал сайт Центрального исправительного учреждения Флориды. Там была вкладка с информацией для родственников или друзей, собирающих заключенного в день освобождения. Томас внимательно изучил подробную инструкцию.

Бейли выйдет из тюрьмы через два дня. Он гадал, узнает ли его Бейли. Ведь прошло уже немало времени.

У главных дверей жилого комплекса раздался смех. Из них вышли три девушки, одетые для танцев в ночном клубе. Они поправляли пальцами волосы и задирали юбки, как будто только заканчивали одеваться. Он закинул телефон в поясную сумку и сунул ее в бардачок.

Чтобы поторопить пассажиров, он проехал немного вперед. Пусть они беспокоятся, что он вот-вот уедет. Это сработало. Они перестали прихорашиваться и на опасно высоких каблуках подтянулись к машине.

По однозначно стеклянному блеску их подведенных черным глаз он догадался, что они уже были наполовину пьяны. Обычная история для студентов и студенток колледжей, которых он возил в ночные клубы Дейтоны и обратно. Они напивались дешевым спиртным перед отъездом и возвращались домой под кайфом, накаченные кетамином и еще неизвестно чем.

– Как настроение? – спросил он, когда они садились в машину.

Девушки пробормотали что-то нечленораздельное и скользнули на заднее сиденье, окруженные облаком духов и спиртного. На плечах у них висели хлипкие сумочки. Они держали блестящие чехлы телефонов в красиво наманикюренных руках, просматривая соцсети.

Он наблюдал за пассажирками через зеркало заднего вида. Их юбки были задраны так высоко, что он мог видеть трусики. Его дыхание участилось, когда он отпустил ручной тормоз и нажал на газ. Он так быстро стартанул на машине вперед, что все они откинулись назад на своих местах. Он усмехнулся про себя, наблюдая, как они удивленно переглянулись, а затем вернулись к своим телефонам. Они едва замечали, что он существовал. Они бы и собаке уделили больше внимания, чем ему.

Тишину в салоне нарушал только гул двигателя, когда они ехали к «Дейз».

Быстрый переход