Эта сцена была похожа на мрачный день с собирающейся грозой. Но вдруг снова выглянуло солнце, и день стал очень жарким и ярким.

— Джордж, — сказала тетя Луиза, — бабушка ждет, чтобы вы помогли ей спуститься по лестнице. Проследите, чтобы она взяла лишнюю шаль. Я не доверяю этой погоде. Слишком тепло. Ну, дети, чего же вы ждете? Почему мы не спускаемся к озеру? Наши гости найдут нас там. Фанни, присмотрите, чтобы Оливия и Маркус позаботились о маленьких Чарльзе и Аманде Грей. Они достаточно взрослые, чтобы начать осознавать свои общественные обязанности. Мы не хотим никаких слез или капризов.

— Я, конечно, не могу оставить это у себя, — сказала тихонько Фанни. Это было уже позже, у озера.

— Почему нет? — требовательно спросил Адам Марш. Его голос звучал сурово. — Почему нет?

— Это очень дорогая вещь. И, кроме того, почему… Она знала, что возможность поговорить с Адамом наедине могла бы продлиться очень недолго. Амелия была уже рядом с ними у кромки воды и оживленно говорила:

— Объяснила ли вам Фанни, какие именно вещи нужно найти на охоте за сокровищами? Некоторые из них ужасно трудные. Двенадцать видов диких цветов, дамский платок — у вас не должно быть проблем в этом вопросе, я уверена, мистер Марш — упавшее яблоко, гриб, птичье перо. И что еще, Фанни?

Фанни рассмеялась.

— Это главным образом для детей, мистер Марш.

— Но все должны в этом участвовать, — настаивала Амелия. — И мне потребуется помощь, потому что, признаюсь, я едва ли знаю два вида диких цветов. Я исколю пальцы или застряну в живой изгороди. — Она попыталась изобразить себя застрявшей в коварной живой изгороди. Адам рассмеялся.

— Я буду рад помочь вам, мисс Амелия. А кому мы должны приносить свои дары?

— Фанни, конечно. — Амелия перевела взгляд с одного из них на другого. Она что-то почувствовала и сказала нетерпеливо: — Это всего лишь игра, конечно. Вы же не на самом деле будете приносить ей дары.

Нет, это не могло быть подарком, не больше, чем был подарком сапфировый кулон, который вручил ей дядя Эдгар. И все же она упорствовала в мнении, что маленький верблюд был подарен ей под влиянием момента, без всякого скрытого намерения. Даже из темной озерной воды ее лицо жизнерадостно смотрело на нее. Она была счастлива. Она знала, что счастье — самое хрупкое из человеческих ощущений, но пока оно было с ней, она не представляла себе, что оно может исчезнуть.

Когда началась игра, она без боли наблюдала, как Адам сопровождает Амелию. Она начинала осознавать свою силу, да и свою власть. Леди Арабелла была права. Власть прикрывается спокойствием и непроницаемым лицом.

Вместо того, чтобы присматривать за детьми Греев, как им было сказано, Нолли и Маркус упрямо убежали, держась за руки, и вскоре белое платье Нолли, ее съехавшая на затылок широкополая соломенная шляпа и светлая голова Маркуса мелькали в роще на другой стороне озера. Роберту Хэдлоу, поскольку Амелия исчезла, оставалось только мрачно сопровождать свою сестру, а дядя Эдгар, азартно заявивший, что мог бы по крайней мере вырвать перо из хвоста павлина, не спеша пошел прочь. Джордж отказался играть в эту детскую игру, если Фанни не присоединится к нему. Сбор трофеев и объявление победителя можно было, несомненно, доверить леди Арабелле.

Однако оказалось, что метод игры Джорджа заключался в том, чтобы положить руку на ее талию, как только они оказались вне поля зрения остальных. Фанни вежливо высвободилась.

— Нет, Джордж, дорогой. Если вы хотите сделать мне приятное, помогите Чарльзу и Аманде. Они не понимают, где нужно искать эти вещи.

Джордж посмотрел на смущенных и растерянных детей с величайшей неприязнью.

— Будет приз, — мягко сказала Фанни.