— Будет приз, — мягко сказала Фанни.

— Ну еще бы, конечно! — в голосе Джорджа звучали интонации маленького мальчика. Но его глаза не отрывались от губ Фанни. Он выглядел так, как будто собирался потребовать совсем другой приз.

Фанни вздохнула, а затем забыла на время постоянное беспокойство за Джорджа, увидев, как тетя Луиза и мисс Марта Марш дружески общаются друг с другом. По какой-то причине это, казалось, забавляло леди Арабеллу, или что-то другое забавляло ее, так как она сидела невдалеке в своем кресле на колесах, улыбаясь сама себе и держа руку на рабочей корзинке с безнадежно перепутанными клубками шерсти.

Душная жара еще усилилась. Не чувствовалось никакого движения воздуха. Темные тучи угрожающе собирались, затем расходились и пропускали яростный жар солнца, чтобы снова собраться через пять минут, угрожая неминуемой грозой. Птичьи крики звучали внезапно и резко, озеро казалось черным зеркалом, и снующие стрекозы прошивали стежками его мерцающую поверхность.

— Вы поступили опрометчиво, Фанни, — заметила леди Арабелла. — Послать всех на поиски, когда вот-вот должен начаться ливень. Амелии, я не сомневаюсь, это понравится. Она сможет укрыться под деревом вместе с мистером Маршем. — Ее глаза глядели лукаво. — Или вы это и имели в виду, Фанни? Но как же дети? Если ударит гром, они испугаются.

— Чарльз и Аманда с Джорджем, — спокойно сказала Фанни. — А Нолли и Маркус нисколько не боятся грома. На самом деле Нолли любит грозу.

Это была правда, последняя гроза наполнила Нолли радостным возбуждением, она простояла всю ее у окна на цыпочках, и ей хотелось пуститься в пляс каждый раз, когда прокатывался гром.

— Но я надеюсь, они спрячутся, если начнется дождь, — добавила она, и в это мгновение упала первая капля.

Она была одна, но тучи опять собрались над головами, и прозвучал первый неясный раскат грома. Тетя Луиза вскочила, восклицая с досадой.

— Ну не похоже ли это на нашу английскую погоду! Живя в Лондоне, мисс Марш, я думаю, вы не испытали так много погубленных пикников, как мы. Именно поэтому, без сомнения, предок моего мужа выстроил здесь этот павильон.

— А кто из Давенпортов сделал это? — вежливо спросила мисс Марш.

— Ну… я в точности не уверена. Мой муж унаследовал эту собственность от двоюродного брата. Он знает ее историю лучше, чем я.

— Может быть, Фанни знает, — предположила мисс Марш, повернув свое длинное мягкое лицо к Фанни.

Фанни, в которой никогда не поощряли чувство, что Даркуотер имеет какое-то отношение к ее роду, была поражена тем, что вопрос был обращен именно к ней.

— Мне кажется, это был отец предыдущего владельца, Джон Давенпорт, — ответила она. — Он был бы мне двоюродным прадедушкой, и, наверное, двоюродным дедушкой дяде Эдгару. Я права, тетя Луиза?

— В моей семье, — сказала тетя Луиза своим самым высокомерным тоном, — предпочитали следовать греческому или итальянскому стилю в архитектуре. У нас было много статуй и вообще всяких причудливых штучек, конечно. Ах, дорогая, опять гром. А чьи это там дети?

Она пристально всматривалась в неожиданно потемневший пейзаж. Фанни проследила за ее взглядом и увидела бегущих по опушке детей. Светилось белое платье Нолли, а Маркус следовал в нескольких ярдах позади нее.

— Должно быть, они собрали все трофеи, — заявила мисс Марш. — Они торопятся.

Это была правда, так как Нолли, с поднявшимися позади нее длинными накрахмаленными юбками, буквально вылетела из рощи, и Маркус доблестно ковылял вслед за ней.

Их слуха достигли рыдания Маркуса. Нолли не хотела подождать его.