— Не, милый, давай без меня, — ответила боярышня, — я пока ужином займусь.

Константин улыбнулся, его невеста совсем не походила на чопорную аристократку-белоручку, мало того, что боевая ведунья, так еще все время полета на «Неотвратимой смерти» она с удовольствием стояла у плиты. Особенно ей нравилось готовить блюда из чужого мира, рецепты которых ей подкидывал жених. Мал в первый раз вообще пытался оттеснить ее, напирая на то, что внучке боярина Рысева не место у плиты, но боярышня дала ему такой мощный отпор, что он отступил и больше не лез к ней с этим, только неодобрительно косился, если видел ее за готовкой, что не мешало ему уплетать приготовленное за обе щеки и нахваливать. Еще в Хлебном Константин существенно закупился различными припасами и даже кое-какими специями, так что, в первый же вечер в четыре руки был приготовлен вполне сносный плов, правда, с говядиной, и не нашлось барбариса, но блюдо вызвало фурор.

Спустившись на нижнюю палубу, Воронцов столкнулся со стоящими у двери Малом и Дроздом, а по трапу как раз взбегал крепкий мужчина в мундире асаула, которого сопровождали целых два ведуна с жезлами и трое бойцов с короткими карабинами. Хотя Константину выбор оружия казался странным, даже с этими огрызками будет тяжело развернуться в узких коридорах леткора.

— Ваше сиятельство, — почтительно склонился асаул, переступив порог леткора.

Константин вежливо кивнул в ответ.

— Нам необходимо провести досмотр вашего нового приобретения. Капитан «Прекрасной Анны» уже вкратце поведал историю о захвате «Неотвратимой смерти», которой раньше командовал Железный Вернер. Но порядок, есть порядок.

— Конечно, асаул, — отступая в сторону, улыбнулся офицеру Воронцов, — смотрите, леткор в вашем распоряжении. Мал вам все покажет и проводит в импровизированную мертвецкую. Я буду очень благодарен, если вы заберете у меня этот груз, и после опознания предадите членов шайки Железного Вернера и его самого огню.

— Сделаем, Ваше сиятельство, — снова поклонился асаул. — За некоторых из них положена награда, мы сверим лица погибших с «гончими листами», и если награда положена, то выплатим вам все до куны.

— Тогда оставлю вас, меня ждет ужин.

Офицер кивнул и направился вслед за Малом, а Дрозд остался приглядывать за люком. Запирать его было нельзя, но и оставлять без внимания не следовало.

Досмотровая группа шарахалась по леткору минут двадцать. Удостоверившись, что на «Неотвратимой смерти», кроме немногочисленного экипажа, только покойники, потеряв интерес, все отправились на выход, обещав прислать за трупами специальную команду штрафников.

Неожиданно, не дойдя пяти метров до трапа, асаул остановился и извлек из кармана кругляш мыслегласа и с кем-то быстро переговорил, потом бросил взгляд на Воронцова.

— Ваше сиятельство, только что получили радиограмму из Тверда. Велено сообщить, что вам дозволено проехать в город в любой момент, когда пожелаете. Распоряжение главы Совета. Причину они не объяснили. Горда, не знаю, кто это, уже известили, и он будет здесь через полчаса. За трупами завтра утром пришлю людей. Сейчас уже поздно.

Константин обреченно вздохнул, предчувствуя неприятности.

— Хорошо. Это все?

Асаул кивнул и покинул «Неотвратимую смерть».

— Дрозд, ты останешься на леткоре, — повернувшись к наемнику, приказал Воронцов. — Завтра Радим пришлет мастеров для переделки этого корыта, встретишь их, они знают, что нужно делать, ну и присмотри за разгрузкой нашей мертвецкой. Затем возвращайся в Тверд, больше тебе тут делать нечего. Хотя, в столице вольных земель мы не задержимся, нас ждет путь на восток, но об этом никому не слова. Мал и Искра поедут со мной.

Наемник кивнул и задраил люк, не стоило оставлять его нараспашку.