Леткор выровнялся, и Константин на этот раз предпочел занять кресло, которое было прочно привинчено к полу. Потоки дождя сильно сократили видимость. Как в таких условиях Радим собирался сажать «Прекрасную Анну», он даже представить не мог. Но взлетная полоса леткору была без надобности, и когда впереди показалась большая поляна, Витор, сделав кружок, завис и начал вертикальную посадку. Константин, наконец, смог разглядеть поселок — крепкий высокий частокол, закрытые ворота, в окнах кое-где зажгли огни.

Все произошло быстро. До поверхности оставалось метров десять, когда в правый борт ударил сильнейший порыв ветра, а следом по корпусу прошлась молния. Что произошло. Воронцов не знал, но вместо плавного спуска накренившийся леткор с увеличивающейся скоростью пошел к земле.

— Держитесь! — раздался крик Радима по общей громкой связи, через которую он делал объявления для экипажа и пассажиров.

А через секунду последовал удар и треск дерева, а следом звук искореженного металла. «Прекрасную Анну» протащило метров пять по высокой сырой траве, и она замерла, накренившись на правый борт. Угол наклона был невелик, всего градусов пять, но ходить стало неудобно.

— Ты как? — спросил Воронцов у Юлии, которая, последовав его примеру, заняла кресло, и на этот раз обошлась без полета.

— Нормально, — поднимаясь, отозвалась она. — Но леткор явно пострадал. Вооружайся и надевай сюртук, думаю, предстоит много работы.

— И не рассчитывай, — покачал головой Воронцов. — Пока не стихнет гроза, никто никуда не отправится. Пойдем, пообщаемся с его светлостью, выясним, что случилось.

По пути Константин добрался до светильника и прибавил яркости, а то потемки хороши для интима, а вот в такой ситуации лучше, когда светло.

В приемной сидели Мал и Дрозд, оба были злые, а на лбу наемника наливалась приличного размера шишка.

— Все целы? — поинтересовался Воронцов, глянув на них.

— Нормально, Ваше сиятельство, могло быть и хуже, — заверил его Мал. — Вы-то как?

— Ничего, — отмахнулась Юлия. — Тоже немного полетали по каюте, но без последствий. Пойдем, выясним у Радима, насколько все серьезно.

Именно в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился капитан «Прекрасной Анны». Он как раз услышал последнее предложение и ответил сходу:

— Точно пока сказать не могу, сейчас Дмитр осматривает корпус, а вот две лапы с правого борта покорежило, нужно будет заменять. Сейчас дождусь, что он скажет, и будем думать, как все поправить.

— Помощь нужна?

— Пока только Лады, — тут же ответил Радим. — Необходимо посмотреть батареи. На несколько мгновений у нас пропала вся энергия, поэтому и грохнулись. Сейчас вроде восстановилась, но нужно проверить.

— Сейчас распоряжусь, — доставая мыслеглас и активируя канал с Калининой, ответил Воронцов. — Лад, ты как там? — приложив к виску, поинтересовался он.

— Нормально, — ответила она. — Разок со стеной поцеловалась, только кровь из носу остановила, а так ничего. Горд руку вывихнул, но я ему уже ее вправила.

— Ясно, ну и хорошо, легко отделались. Давай, двигай в артефакторную, сейчас туда Радим подтянется, нужно, чтобы тамошние агрегаты глянула, что с ними не так.