И тут обнаружилось, что у зараженных есть еще одно оружие. Прежде, чем его застрелили, изо рта вылетело черное облачко, которое женщина вдохнула. Пуля с трех метров по неподвижной мишени расплескала мозги какого-то мужика, но было поздно, их попутчица уже билась в конвульсиях. Кто-то поспешил на помощь ей подняться на ноги, но Константину этот риск был не нужен.

— Оставьте, — жестко приказал он, — ей уже не помочь. Идем дальше. Быстрее, у нас мало времени, солнце скоро погаснет, тогда нам не спастись.

Его послушали, и группа ускорилась. Теперь все, кроме них с безымянным отцом семейства, толкали тележку.

Беляш, прикончив своих зараженных и собрав с них тьму, догнал Воронцова и пошел рядом, причем по поводку боярин ощущал, что прислужник очень доволен. Впереди показались ворота, возле них сразу два тела, оба самооборонщика, которые впускали их с Дмитром в поселок. Теней видно не было, но это не значит, что они уничтожены, а не укрылись в караулке или в ближайших домах. Константину и его отряду осталось пройти всего сорок метров, и можно будет выдохнуть, но твари не спешили отпускать свою добычу. С крохотных улочек и дворов полезли зараженные, несколько десятков. Центральная улица была узкой, отбить нападение со всех сторон не представлялось возможным.

И Воронцов прибег к последнему аргументу.

— Все ко мне, — заорал Константин, — сжались вокруг, иначе не выжить.

Люди рванулись. Одна девочка упала, и мать, оберегая ребенка, рухнула сверху, прикрывая ее собой от набегающего зараженного.

Твари вошли в зону поражения, и над головой боярина вспыхнула веда «Удар Рода», тот самый шар, который так выручил его на третьем плане. Вот и сейчас во все стороны полетели белые молнии, разящие тех, кто еще недавно были людьми. Только женщина с девочкой оказались вне его защиты. Константин выхватил револьвер и уложил двух нацелившихся на них тварей, а потом шар погас, исчерпав свои четыре секунды…

Глава восемнадцатая

Четыре секунды — как же это мало. Шар принял на себя первую волну тварей и слегка проредил вторую. Правда теперь из оружия у Воронцова остались только револьвер и нож. Хотя нет…

— Беляш, боевая трансформация, используй все, что умеешь!

Прислужник проскользнул между ног сбившихся в кучу людей и прыгнул прямо на зараженных. Их было пятеро, они как раз выскочили с улочки за спиной Воронцова. Еще в прыжке Беляш принял свой жуткий боевой облик. Удар, ошеломлением, захват самого неудобного в стороне арканом, снести у замедлившегося когтями часть лица, пробить острым наконечником хвоста сердце, опрокинуть лапами третьего, вогнав прямо на лету коготь левой лапы в глаз. На все про все у него ушло три секунды, вот только Константину некогда было любоваться машиной смерти, которой стал прислужник, в жизни очень милый пушистый зверек. Он развернулся спиной к побоищу, чтобы встретить троицу, которая спешила со стороны площади, откуда они только пришли. Это были запоздавшие, они неслись прямо на него, слегка пригнувшись, с черными лицами, проступившей наружу тьмы. Выстрел — первый опрокинулся на спину, заряженная пуля в грудь работала не хуже, чем в голову. Рядом хлестко, как плетка, щелкнула винтовка отца семейства. Не повезло — пуля угодила в плечо, и результата от этого было немного, кроме того, что все же тварь крутануло вокруг своей оси, и она потеряла скорость.