Воронцов сбежал к тележке и, ухватив правой рукой за ручку, потянул по улице. Колеса по-прежнему были в грязи, так что, он все же не катил, а волок. Ждать он никого не собирался, спасение утопающих — дело рук самих утопающих, кто хочет, тот пойдет за ним, вот как девушка лет пятнадцати, выскочившая из дома, мимо которого он проходил.

— Ты с леткора? — выкрикнула она.

— Да, и это единственный шанс спастись, — крикнул он, не останавливаясь. — Скоро солнце погаснет. Хочешь жить, иди за мной.

Она кивнула и пристроилась позади тележки, причем не стала балластом, а упершись в батареи, начала активно помогать толкать. За спиной раздались крики. Воронцов на ходу обернулся и увидел, как вслед с капища бегут люди, две женщины с младенцами на руках, и та семья, которая укрылась там перед ним.

Они быстро догнали Воронцова и девчонку и пошли следом, причем мужчина сжимал в руках винтовку. Видимо, Хранитель довел до них информацию, так как не последовало ни одного вопроса.

До главной площади поселка дошли за три минуты. Правда, Воронцов вспотел. Соленые капли стекали по лбу и дальше, оставляя на лице влажные дорожки, и вытереть его не было никакой возможности. Пару раз в темноте подворотен он замечал укрывшихся там теней, но они не рисковали соваться. А вот зараженные — другое дело. Плевать им было на свет. Может, еще рано для восприимчивости, тьма их только захватила, но сути дела не меняло, они продолжали свою охоту. Сразу двое бросились на Константина и людей из-за большого лотка, на котором навалена картошка, морковка, капуста и прочие овощи. Беляш рванул навстречу, ударив ошеломлением. Не сказать, что эффективно, но результат был, твари сильно замедлились, их движения стали вялыми, не точными, ноги путались. Мужик, идущий следом, выстрелил в грудь одного из них. Естественно, безрезультатно.

— В голову целься, — рыкнул Воронцов, собираясь отправить в одну из тварей шарик света.

Но не успел, Беляш оказался быстрее, его длинный хвост с шипом на конце пронзил голову одного из зараженных, другого со второй попытки снял глава семейства.

— Хозяин, я могу выкачивать их тьму, — обрадованно заявил Беляш, вонзая шип в убитого пулей, — так, словно я сферы раскусываю. Капля, конечно, но все же.

— Охоться, если есть возможность, — разрешил Воронцов. Потом повернулся к группе, к которой прибавился еще один паренек и женщина лет сорока, растрепанная заплаканная, наверняка кого-то потеряла, но сейчас его ее история боярина не интересовала. — Так, — рыкнул он, — кто может, впряглись в тележку, я прикрывать буду. Обращенные тенями твари света не боятся, и если навалятся числом большим, не сдюжим.

При этом он дошел до посоха, который вбил в землю черный ведун, выдернул его и с силой сломал об колено, вернее, думал, что сломал, тот даже не треснул, только ногу ушиб. Пришлось браться за беловодский нож. Один удар, и черный кристалл в навершении расколот, посох прекратил вибрировать, и Воронцов швырнул его на тележку. Шаг, и вот и сфера валяется рядом с покойничком. Он присел и, незаметно подняв сферу, сунул ее в карман, хоть какой-то прибыток.

Пока он занимался сбором трофеев, паренек вместе с одной из женщин заняли место Константина. Воронцов же пошел впереди, доверив тылы отцу семейства с винтовкой, вот только… Пальба словно послужила маяком, и все зараженные в окрестностях рванулись на выстрелы, ведь там, где стреляют, еда.

Сразу пяток тварей вынеслись на площадь из маленькой улочки, причем две из них еще десять минут назад были детьми лет пяти. Беляш рванул на них, снова ударив ошеломлением, а одного из мелких захлестнул арканом. Его действия были выверены с поразительной точностью, удар хвостом — и труп валится на землю, новый удар. Мужик успел стрельнуть только раз. Вот только прислужник не мог оказаться всюду, еще три твари появились с другой стороны, метрах в десяти справа.