Дрозд выскочил из машины, стоило ей остановиться у красного крыльца. Распахнув дверь, он вопросительно посмотрел на Воронцова, словно спрашивая, нужна ли ему помощь, но тот, махнув рукой, выбрался из машины самостоятельно. Пока ехали, он смог оклематься. Слегка покачнувшись, он все же довольно твердым шагом поднялся по широким белокаменным ступеням и направился к делегации по встрече.

— Ваше сиятельство, — резко кивнув головой, произнес Михаил Николаевич, — вы знаете, что произошло в городе?

— Понятия не имею, — ответил Константин. — Видел, что-то горело. Это все. Мне нужно было посетить место силы, повидаться с вашей дочерью, выучить пару умений. Как видите, это мне тяжело далось.

Михаил несколько секунд буравил его взглядом, но предъявить гостю, во всяком случае, пока что, ему было нечего.

— Если позволите, Михаил Николаевич, я хотел бы отдохнуть и привести себя в порядок.

— Конечно, Константин Андреевич, — он отступил в сторону. — Так вы видели мою дочь?

— Да. Она просила передать, что любит вас и очень соскучилась, и надеется, что вы придете к разумному решению.

— А что она думает по поводу того, что вы нас принуждаете принять ваши условия, удерживая ее сущность отдельно от тела?

— Я думаю, — тут же завелась Юлия, — что хочу замуж за конкретного боярина, и если мне потребуется отказаться от своего тела, я пойду на это.

— Прям так и передать? Хочешь окончательно выбесить своего батюшку? — ехидно поинтересовался Воронцов, стараясь, чтобы этот скоротечный мысленный диалог никто не заметил.

— Так и передай, — жестко ответила боярышня.

— На это она сказала, что хочет быть со мной, и если вы откажите мне, то предпочтет остаться без тела, чем связать судьбу с нелюбимым.

Лицо Михаила закаменело, он побледнел, зубы плотно сжаты, в глазах проскальзывают молнии.

— Я должен услышать это от нее, причем лично. Вы сможете организовать нашу встречу? — процедил он сквозь зубы.

— Я смогу показаться в Астре на пару минут, — прикинув резерв, ответила Юлия. — Кроме того, я теперь подпитываюсь от тебя, и энергии стало больше после раскачки запасника. Давай, завтра ночью?

— Мы говорили на эту тему, — ответил Константин бояричу. — Она сама хочет поговорить с вами и Александрой Павловной. Думаю, это можно будет устроить, скажем, завтра ночью, после бала. А теперь прошу простить меня, я себя плохо чувствую.

— Конечно, — уже не так раздражённо произнес отец Юлии. — Отдыхайте, Ваше сиятельство, отец так же просил передать, что ужин будет подан в восемь, у вас есть пара часов, чтобы привести себя в порядок.

— Буду, — ответил Воронцов и направился к дверям.

Дрозд привычно пристроился за его спиной. Желан, дождавшись от наследника разрешения идти, привычно занял место в авангарде, сопровождая гостей в их комнаты.

— А неплохо прошло, — заметила Юлия, — теперь бы так же провести беседу на первом плане.

— А может, не на первом? — произнес Константин. — Как насчет третьего? Я был там однажды, мрачное местечко, но это добавит твоему отцу сговорчивости.

— Пожалуй, — задумчиво ответила Юлия, — это его впечатлит. Он по способностям с трудом на второй уровень может подняться. Третий ему так и не дался. Да дед оценит, он наверняка напросится на встречу.

— Непременно, — согласился Воронцов. — Все равно будет решать он, но мы можем поколебать его уверенность, так что, подумай, что ты им скажешь. А заодно нужно прикинуть, как бы не спалиться с перстнем, и разыграть спектакль, чтобы они не поняли, где ты обитаешь на самом деле.

— Верно, иначе твой план прахом пойдет, — поддержала Юлия.