Подчиняясь приказу, я вступил с ним в команду, начав заливать ему Бодрость. Эффект, правда, был так себе. Разница в Уровнях у нас была колоссальной.

Сурены, перекрикиваясь на своем языке, быстро рассредоточились по залу, а также взяли под охрану выход, пол перед которым был по щиколотку покрыт пеплом. Под конец сражения туда пытались пробиться остатки «клыков», но полегли от двух хмурых магов — сторонников Рельяра. Они быстро вычерпали Ману, основательно потратившись на черный молнии, а затем в мгновение ока сменив цветастые балахоны на тяжелую броню и башенные щиты, встали, как на подступах к Сталинграду, не пропустив во двор ни единого бедолагу. Чуть позже Рельяр самолично сжег и запеленал всех рвущихся к спасению воинов.

Деловитая суета сменилась заминкой. Как видно, Рельяр рассчитывал на переброску много более солидного контингента. Неудача его разозлила, и теперь маг по уши погрузился в чародейство, пытаясь пробить туннель в свое убежище, чтобы перебросить еще воинов. Трех десятков суренов и полутора десятков «клыков» явно не хватит ни на взятие города, ни, тем более, крепости барона.

В целом, несмотря на успех, наше положение оставалось шатким. Вскоре орки под командованием высокого эльфа под именем Элендес — командира одного из Кулаков «Серого Клыка», побежали брать под контроль остальной дворец, маг безостановочно колдовал с угрюмой рожей, Найга обходила спеленованых бывших сотоварищей, а Нурдуг о чем-то беседовал с кисломордым Жарахом. Я же остался не у дел.

Глядя на всю эту братву, я в который раз задавался риторическим вопросом судьбе, как так получается, что я всегда оказываюсь на стороне «плохишей»

Кстати о плохишах. А где Эрни-то? Во время схватки я совершенно потерял его из виду. На этого парня у меня были планы. Как-никак это первых хрен, которого я сумел затянуть в свои сети. Он быстро отыскался среди спеленованой черными побегами пленных. На него тоже нацепили ошейник, но пара слов Найге убедила, что такой парень пригодится в нашей славной братии. Они лишь пожала плечами и сняла двимерит заклинанием, вшитым в амулет в виде статуэтки атакующей собаки.

— И какого оно — в этом дерьме? — спросил я бывшего пахана-командира, когда тот поднялся с пола, сквозь зубы матеря темного мага и всю его банду.

— Отвратительно. Дышишь, будто сквозь подушку, мысли еле шевелятся. Неимоверно хочется спать, но сна нет…

Я залил Эрни несколько хилов и набросил баффы. Рядом с целой толпой злобно зыркающих на нас суренов, без баффов и совершенно бесполезного в нынешней ситуации меча в руке, и я и Эрни чувствовали себя голыми.

— Ну и какие у них планы? — Эрни мотнул головой в сторону погруженного в себя мага.

Я пожал плечами.

— Мне не докладывают.

Эрни еще раз огляделся и вдруг спросил заговорщицким шепотом, ткнув большим пальцем в небо:

— Ты ведь с ним из-за этого?

— Можно сказать и так…

— Святой Лагунин, не юли, братан.

Надо же… «Братан». Ха-ха… Походу, мои Чары уже нехило так проникли в личность бывшего командира. Вкратце я рассказал о нынешнем раскладе и моем месте в нем. Разумеется, как можно более общими словами.

— В этом деле знаешь, что важнее всего, Том? — спросил Эрни, когда выслушал мою историю.

— У?

— Вовремя свалить, когда все это дерьмо полетит в тартарары.

Ночью было неспокойно. Прочухавший надвигающийся армагедец барон окружил предоставленный «Клыкам Гаюра» дворец самыми верными своими частями. На улочках выросли баррикады, но самих противников видно не было, похоже, они опасались нарваться на какой-нибудь файербол, размером с дом, коий вполне мог запустить маг уровня Рельяра.