— А что, есть варианты?

— Ха! Есть, конечно! Может трахает их всех по очереди по утрам?! Ха-ха! Паразит — это даже как-то банально… Короче говоря, магистр всю ночь копался в этом куске дерьма, что мы вчера приволокли. Чрезвычайно интересный экземпляр, надо сказать… Но об этом потом. Сейчас у меня действительно полно дел. И раз уж магистр решил оставить тебя при нас, придется тебе помотаться со мной.

И мы двинули «по делам» по охваченному паникой городу. Потому что Рельяр Наддар действительно отрезал Синкол от внешнего мира! Это гнетущее чувство разбалансировки нельзя было не заметить. Твою ж мать, это было по-настоящему грандиозно! И это очень смахивало на то, что, как я слышал, проделал когда-то его папаша. Увы, но все мои расспросы гнома о целях их «варева» остались без ответа… Что, впрочем, и не удивительно.

Ее величество Паника постепенно начала охватывать узкие улочки Глисага. Даже, несмотря на то, что бОльшей части его жителей другие миры были ни к чему, шепотки о том, что стряслось нечто чудовищное, со скоростью ветра неслись от уха к уху. Небольшие компании оборванных горожан хмуро шушукались по углам. По улицам, разбрызгивая нечистоты, неслись крытые возки местных чинуш, а на площадях появились мрачные дружинники барона.

Гном, резко выбиваясь из череды тревожных сутулых фигур, быстрым шагом несся сквозь сумрачный город, где даже солнце, кажется, перестало светить во всю мощь.

Ночь быстро накрыла городок, над которым витало почти осязаемое беспокойство. Громыхание доспехов и возбужденное ржание наполнило его улочки — барон стягивал в столицу войска, задницей ощущая сгущающиеся тучи.

«Дела» гнома, по которым бы шлялись оставшиеся до заката часы, представляли собой короткие встречи с доброй полудюжиной мутных типчиков. Странное это чувство — знать то, о чем другие не догадываются. Сесть за спину пауку, ощущать вибрацию ниточек его паутины и видеть его острожные постукивания по ним, когда он рассылает приказы.

И вот он самый главный вопрос. Почему я оказался за его спиной?

Я припомнил разговор с высоким магом, коего гном называл «магистр». (Магистр, интересно, чего? Это профа? Возможно, но главное для меня было то, что не один из нас — он не Последователь Безымянного, в отличии, например, от Рельяра.) Инфа о Квинте была для меня попросту бесценной. Если рассказанное Ареусом правда, то… Могу ли я назвать его сумасшедшим? Не знаю, как у вас, а у меня от заявленной цели — просто захватывало дух! Еще бы — игра с мирозданьем и богами… какой из рожденным смертным не хочет до такого возвыситься? Впрочем, вру. Очень многие не хотят. Но среди акари, думаю, таких не слишком много. Ибо сама суть Дар Огара — в бесконечном самосовершенствовании. До сих пор неким потолком было достижение локальной божественной сущности. За шестьсот лет таких набралось не более двух десятков. Шалайс, Неоран, Нухарг, Аделия и прочие, коих я особо не стремился запоминать. Честно говоря, боюсь даже предположить, каково это… Но замысел Аредуи Квинта поражал еще большим размахом… позаимствовать Безымянного из альтернативной вселенной, твою ж мать! Но это дело вряд ли сулило личное усиление. Нет. Здесь пахло фанатизмом. Лютейшим фанатизмом.

А если только на секунду предположить, что мне придется выбирать за какую команду играть? Какую команду я бы выбрал? Тех, кто подобно Ареусу и Рельяру ищут, как бы поставить силы Безымянного к себе на службу или подобных Квинту?

Черт подери, да вот хрен его знает… Цель должна быть очень весома… Мутное же «Воплотить Безымянного ради полноценности мироздания», мягко говоря, не впечатляло.

Кстати, уж не поэтому ли он меня сюда и закинул? Подбросил под ноги «Путь», который должен привести меня на развилку?

Ох, кабы знать, кабы знать…

И есть тревожащее «одно».