Безумная мысль вдруг забилась мне под виртуальную черепушку.

Которая здесь, на этой линии разграничения бытия и не бытия… реальна?

Но как к ней подступиться?

Я осторожно, готовый тут же стремглав броситься к спасительному свету, сформировал призрачную ладонь. Конечно, это все происходило лишь в моей голове… Но мне нужны были понятные сущности в этом темном хаосе.

На пальце тут же засверкало болью кольцо. Огненные волны болезненно пульсировали, прокатываясь через все мое сознание… Боль заметно усилилась, но ради задуманного их можно было перетерпеть.

Я протянул руку к бесконечной массе Безымянного, ожидая всего, чего угодно… Но ощутил лишь мягкое сопротивление. Надавил сильнее… сопротивление усилилось и к нему прибавилось странное чувство в глубине разума. Будто мерзкая подгнившая водица хлынула мельчайшими ручейками в сознание и принялась скапливаться на дне дурнопахнущей лужицей… И чем больше я давил на Безымянного, тем сильнее его миазмы проникали в душу. Вскоре я скорее уже был вынужден бороться с ним внутри, чем снаружи! Клейкая тьма поднималась из глубин сознания, зудела и жгла, не давая сосредоточиться…

И я отступил. Вытолкал это дерьмо из разума и попробовал вновь… И снова был вынужден ретироваться. Было попросту страшно впускать в себя столько этой чуждой силы, которая чем больше ее накапливалось, тем сильнее давила, подменяя мои мысли своими инстинктами…

Гм… Покружив еще какое-то время во тьме, я, кажется, догнал в чем дело.

Слишком уж я прямолинейно и по-человечески пытаюсь ее нащупать. Ладони, пальцы… все это слишком грубо. Я слишком привязан к своей человеческой ипостаси.

Но кто мне мешает в этом мире выглядеть по иному?

И я принялся за эксперименты. Вначале сформировал щупальца, затем утончил их до микронного размера и только потом еле заметными нитями, как паучьими лапками, принялся тянуться к чернильному айсбергу Безымянного. Я шарил во тьме, методом проб и ошибок пытался постичь то, из чего состояла его сила. Ведь она, как оказалось, не была однородной! Течения и завихрения бушевали под тонкой пленкой агрессивной поверхности. Сгустки порождали ветры, а ветры стесывали глыбы.

Но главное, я научился противостоять проникающей в меня тьме. Едва только по одному из щупалец она начинала заползать в сознание, я безжалостно его отрубал с помощью огненного кольца Тормадуса. Это было чертовски больно, но работало!

Прошло незнамо сколько времени, когда я, плавясь от усталости, сумел вытащить из безбрежной тьмы крохотный сгусток мрака.

Заполученный мною кусок Безымянного шипел и брыкался. Царапался, как черный злобный кот, и каждая нанесенная им рана тут же начинала активно кровоточить, истекая моим «Я», заставляла меня слабеть.

Что же с ним делать?

Я попытался вызвать в уме какие-нибудь Чары… Естественно, не через Интерфейс, а ориентируясь на те ощущения, что испытывал, когда Заклинания рождались в моих руках. Но в этом месте мирозданье словно бы и не слыхало о Дар Огаре! Несмотря на то, что сила была вот она — в виртуальных руках… (э-э-э, вернее, щупальцах), стройные лаконичные формулы Заклинаний… их просто не было!

Гм… Это весьма интересно, но что делать с урванным с огромным трудом куском Безымянного? Возвращать его хозяину было очень обидно!

И тогда я сделал то, что напрашивалось само собой. Крепко уцепив щупальцами чернильное марево, я сформировал фантомную руку, на которой тут же засияло болью кольцо Тормадуса, и с неслышным рыком вонзил в него сомкнутый кулак!

И совершенно не удивился, когда, взвыв, клякса с шипением втянулось в его поверхность.

В следующее мгновение я оказался посреди схватки.