— Ах ты, ублюдок! Теперь ты с ними! Тварь! — прокричала она мне вместо приветствия.

У меня так и не поднялась рука запустить в нее магией. Молния Андала сорвалась с жезла и ударила в щит Георга, расколов его пополам и отбросив того на несколько метров. А вторая впилась в грудь, расплескавшись черной кляксой и вызвав громкий вскрик боли.

Санчез вознамерился было быстро покончить с оставшейся в одиночестве Анькой, но я практически помимо воли заорал на него, как резанный:

— Не убивай и не калечь ее!

Урод, по жребию судьбы ставший моим боевым товарищем, хищно улыбнулся и несколькими ударами меча обезвредил девушку, выбив саблю из рук. Конечно, она даже близко не могла тягаться с накаченным гигантом. А затем мы вдвоем быстро покончили и с Георгом, отправив его на перерождение.

Фух. Неужели, все?

— Справились?

Я обернулся на хриплый голос, готовясь поразить нового противника Молнией Адала… но это был Эрни.

Твою мать, выглядел он ужасно! Левая сторона рожи представляла собой одну сплошную рану. Кажется, из щеки натурально торчал осколок кости! От одежды остались жалкие лохмотья, левая рука неестественно вывернута, весь левый бок был залит кровью.

Не теряя времени, я залил ему несколько хилов и его Жизненная Сила оттолкнулась от 20 % и лениво доползла до середины столбца.

— Сукины твари… — пробормотал наш пахан, отрываясь от створки ворот и, прихрамывая, подходя к нам. — Пошли. Времени мало. Кто знает, какую еще магию прикупили эти выблядки. Туда.

Я ничуть не удивился, когда Эрни повел нас к круглому, вросшему в землю дому, в котором торчал давешний скальный клык.

Внутри все было по-прежнему. Мягкая полумгла укутывала небольшую комнатку, красноватый свет, распространяющийся от обелиска, тревожно мерцал, словно был в курсе недавно произошедшей битвы.

— Гм… — Эрни встал пред клыком, задумчивая скребя затылок.

— Непредвиденные затруднения?

— Гм… Он должен быть где-то здесь… Ща поищем… — сплюнув, Эрни, шевеля губами, принялся копаться в интерфейсе Обелиска. В невидимом мне интерфейсе Обелиска! — Ага!

Пространство колыхнулось, моргнуло и перед нам выросла туманная фигура.

Твою мать, Голум! Это был призрачный Голум! Лысая башка, уродливые черты лица, редкая бороденка, согбенная спина… Этот призрачный зеленокожий был очень стар. Слезящиеся глаза подслеповато щурились на гостей, а губы дрожали, будто бы он желал прогнать нас с проклятиями, но был вынужден терпеть.

Азулук. Ашак.

— гласила системная надпись. И было решительно непонятно, что из этого имя, а что звание или должность…

— Че надо? — невежливо спросил призрак и отвернулся, чтобы задумчиво посозерцать стену.

— Гони задание, старый пердун! — невежливо рявкнул на него Эрни, будто зная, что тот от его выдачи не отвертится… Хотя, почему «будто»?

Азулук Ашак втянул голову в плечи и вдруг скороговоркой забормотал:

— Давным-давно, в стародавние времена, в такие стародавние, что даже сам прародитель Аголум Аглы не помнит их, в Осколке Изначального мира, что позже станет Синколом Агарис жил народ Мбела. Он был очень силен и жесток и от его набегов страдали все соседние Осколки. Сотни и тысячи рабов, захваченных Мбеле, стекались на Агарис, чтобы прожить жизнь в страданиях и лишениях, а дети их детей уже и не знали другой.

Но время идет, и оно никого не щадит. Тот, кто раньше был свиреп и жесток, стал мягок..

— Чёрт, давай покороче, у нас нету этого самого сраного времени!

Р-р-р, я чуть было не забил эти слова Эрни в глотку. Так как буквально задницей чувствовал, что этот призрачный хрен ведает о чем-то очень важном! Но с другой стороны наш пахан-командир был прав.