— Конечно. — Питер кивнул.

— Тогда начнем. Скажи, Питер, тебе Кэти нравилась? — прямо спросил он, глядя в лицо Питеру и постукивая пальцами по столу.

Питер густо покраснел и, запинаясь, ответил:

— Н-нет.

— Но ты посылал ей «валентинку», не так ли?

Глаза Питера округлились.

— Но это было еще до того, как она начала встречаться с Шоном.

— А тебя сильно расстроило то, что она начала встречаться именно с Шоном, а не с тобой?

— Нет! — испуганно воскликнул Питер.

Ричи отчетливо видел, что завуч сильно взволнован, и продолжил допрос еще жестче.

— Ты никогда не просил ее прогуляться с тобой? — спросил Ричи металлическим голосом.

— Нет-нет… — Питер замотал головой. — Я вообще ни к кому из учениц с такой просьбой не обращался. — На глазах у него появились слезы.

— Ну что ж, давай в таком случае приступим к главному, Питер. Тебе известно, что произошло в пятницу вечером, когда Кэти исчезла?

— Нет. Я уже говорил, что сидел дома.

— Ты уверен в этом? — угрожающе спросил Ричи.

— Да, уверен, — ответил Питер, и ноги его затряслись, застучали по полу.

— Ты понимаешь, как важно для нас, чтобы ты говорил правду? Если мы не будем знать ее, может погибнуть еще одна девушка.

Питер остолбенело смотрел на Ричи.

— Погибнуть? Еще одна девушка?

Возникшую тишину разорвал резкий звонок в дверь.

— Оставайся на месте и не двигайся. — Ричи поднялся и пошел открывать.

Дюк вскочил со стула и приложил ухо к толстому круглому стеклу. Он опять услышал сначала тихий стук, затем легкий скрежет и вновь тихий стук.

— Простите, у вас проблемы с машинкой? — спросил, подойдя к нему, мужчина в белом халате, владелец прачечной самообслуживания.

— Да, есть небольшая, — ответил, поднимаясь, Дюк. — По-моему, я оставил в кармане джинсов значок, и он, кажется, выпал.

— Сейчас посмотрим, — сказал мужчина. Он нагнулся и, пошарив сбоку, выключил машинку. — Ну вот, теперь можете открывать ее.

Дюк засунул руку внутрь, извлек из машинки теплые влажные джинсы и куртку, затем пошарил по дну барабана, наткнулся на какой-то горячий круглый предмет и вытащил его. Им оказалась монета в один евро. Дюк недоуменно посмотрел на нее.

— Деньги. Еще лучше. — Внутри у него все похолодело, но он заставил себя улыбнуться и принялся выворачивать карманы джинсов, обшаривать куртку. Бросив ее на пол, встал на четвереньки, высыпал на пол содержимое своего рюкзака и принялся лихорадочно его мять, осматривая углы. Сердце его лихорадочно стучало. Поиски не дали результатов. Сжимая в одной руке лямки рюкзака, а в другой — рукав куртки, Дюк поднялся, облокотился о машинку и опустил голову. По лицу его тек пот, виски вздувались, лицо покраснело.

— Проклятие! — внезапно заорал он и с силой ударил мыском ботинка по стиральной машине. — Проклятие!

Несколько посетителей и владелец прачечной остолбенело смотрели на него. Дюк схватил в охапку свои вещи и бросился на улицу. В дверях он столкнулся с женщиной, несшей прозрачный пластиковый пакет, в котором виднелись двое белых брюк с зелеными пятнами от сырой травы.

— Патокой! — заорал Дюк ей в лицо. — Патокой надо такие пятна отстирывать!

Джо ворвался в полицейский участок и с ходу набросился на Ричи:

— Послушай, парень.